Позже, после продолжительной прогулки в одиночестве и горячей ванны, Мэтти собрала осколки воспоминаний о нескольких прошедших днях и попыталась думать рационально. Она должна подавить свой гнев, который в прошлом сослужил ей плохую службу.
И как это сможет кому-то помочь? Она обвинила Рэни в том, что та не захотела вести себя с Джуной умнее. Если она не уймет собственную злость и позволит всем их начинаниям сойти на нет, чем она будет лучше Рэни?
Пришло время хорошенько разобраться в самой Мэтти Белл и решиться изменить себя.
Сюрприз! За все время, пока Мэтти выслушивала рассказы дедушки Джо о «холостяцком годе», проведенном в Лондоне, старик ни разу не упоминал ни о Лене, ни об Уне. Судя по тому, что она уже успела прочесть в зеленом дневнике за 1956 год, бóльшая часть подробностей его жизни в столице дедом замалчивалась. Он рассказывал, что бывал в «Пальмовой роще», но в его версии событий билеты на концерт «Серебряной пятерки» достал его приятель, который был завсегдатаем клуба. Прежде Мэтти почему-то решила, что этот «друг» – Билл Годфрей, бывший эвакуированный мальчишка, который сначала поселил в душе Джо мечту о Лондоне, а затем, когда дедушка приехал в столицу, помогал ему освоиться.
Ночь она провела в раздумьях, пытаясь найти хоть крупицу позитива в сложившейся ситуации. Бесполезно. Спесь Рэни и жажда Джуны отомстить убили всякую надежду на воссоединение и совместный концерт. Что-то могло бы измениться, если бы одна из них передумала, но, наблюдая сегодня за их перепалкой, Мэтти воочию убедилась, что такой исход просто нереален.
Прежде чем Мэтти смогла это осознать, она погрузилась в очередную бессонную ночь, напоминавшую те ночи, что последовали за ссорой, разбившей ее сердце и разнесшей в щепки ее мир. Матильда помнила те месяцы, в течение которых она надеялась, каким бы безнадежным это ни казалось, что дедушка Джо передумает. Иного выхода просто не было. Все карты были у него, а дедушка отказывался что-то менять, оставляя Мэтти в безнадеге и полной своей власти.
