Когда она, проснувшись, порывисто приподнялась на кровати, комнату заливал солнечный свет. Шторы на окне не были задернуты. Не на шутку сбитая с толку, Мэтти отыскала часы и взглянула на циферблат.
Нет, не может быть!
Настойчивое урчание желудка в полной мере подтверждало ее догадку. После четырнадцати часов сна Мэтти ощущала себя «пьяной». Встав с кровати, женщина по толстому ковру направилась за чайником. Под дверью лежал небольшой бумажный четырехугольничек. Подняв его, Мэтти разглядела свое имя, написанное сверху.
Развернув, она прочла:
Мэтти улыбнулась. Записка показалась ей очень милой. Да, Гил определенно очень милый парень. Рэни однажды использовала это слово, описывая Джейкоба Кендрика. Мэтти было интересно, что на самом деле думает Рэни о его внуке. Не может ли схожесть с Джейкобом иногда раздражать ее, когда она смотрит на Гила? Или дело как раз в его непохожести на деда? Мэтти хотелось у нее спросить, но женщина посчитала, что до того, как она и Гил будут готовы рассказать об их отношениях другим, это будет ошибкой.
Мэтти обдумывала это по пути в утреннюю столовую в отеле, когда ее испугал шум поблизости.
–
Женщина, повернувшись, увидела Гила, который прятался за высокой пальмой в кадке, стоящей в арочном проходе невдалеке от стойки администратора.
– Псих! Ты меня чуть до сердечного приступа не довел! Что ты здесь делаешь?
Гил схватил ее за руку и потянул на себя так, что Мэтти не стало видно из общего зала отдыха.
– Я хотел сделать это прежде, чем ты увидишь Рэни.
Не успев ответить, Мэтти оказалась в его объятиях. Женщина хихикнула, когда мужчина ее поцеловал.
Он выпустил ее из своих объятий, и Мэтти пришлось опереться рукой о стену, чтобы не упасть. Она с трудом могла отдышаться после поцелуя и вызванного им потрясения.
– Нас могут заметить, – сказала Мэтти.
– Ну и что? Это наше дело… очень личное,
Он снова потянулся к ней.
– Гил! Прекрати!
– Я очень по тебе скучал прошлой ночью.
– Знаю. Прочла записку. Спасибо.
– Ну а теперь, когда ты хорошенько отдохнула…
– Это невозможно! Отпусти меня…
Женщина оглянулась через плечо, проверяя, нет ли кого-нибудь рядом.
– Все в порядке. Клянусь, эта пальма в кадке сохранит нашу тайну. – Мужчина посмотрел вниз, и улыбка на его губах стала шире. – Тут есть
– В этом и заключается вся прелесть путешествий.
– Лично меня интересует только одна прелесть…
Его губы коснулись ее шеи. Мэтти понадобилась вся ее решимость, чтобы отстраниться от мужчины.
– Нельзя. Рэни может появиться тут в любую минуту.
– Ладно, как хочешь. – Гил поднял руки с таким видом, словно женщина неожиданно превратилась в оголенный провод под напряжением. – Только не говори, что предпочитаешь мне развеселую пенсионерку. Мне трудно в это поверить.
– Как ни прискорбно, но, возможно, так и есть, по крайней мере на данный момент. Не ворчи, Гил. Время не на нашей стороне. Мы должны добраться до Уэльса как можно скорее.
Неожиданный поворот событий вчера и явное желание Гила ускорить то, что между ними происходит, довели ее чуть ли не до головокружения. Мэтти хотелось полностью сосредоточиться на поездке, в которую она уже вбухала столько времени и сил. Что бы там ни случилось между ними, оно, как надеялась Мэтти, может подождать. Все произошло слишком неожиданно, чтобы женщина смогла определить, все ли это настоящее или ей только кажется. Ей хотелось радоваться этим отношениям, а не анализировать их, но после того, что случилось с Ашером, она понимала, что должна быть осторожной. А для этого ей надо ясно мыслить. Мэтти очень хотелось с головой окунуться в чувства, поддаться химии тела, но следовало быть ответственной.
Гил притворился оскорбленным, но его улыбка подсказывала, что она прощена.
– Понятно. Все будет в порядке. Я тебе обещаю. Я не надеялся найти такую, как ты, и теперь ни за что тебя не потеряю.
Мэтти поспешно подошла к столу, за которым Рэни, как обычно, держала свой королевский двор, состоящий из соседей по столикам. Неутолимая жизнерадостность, ее фирменный знак, вернулась к ней. Мэтти заподозрила, что профессиональная улыбка на губах старушки появилась неспроста, но была рада, что Рэни вновь приободрилась.
– А вот и она, наша маленькая студенточка в академическом отпуске, плохая девочка, – заулыбалась она. – Надеюсь, вчера ночью ты задумала нечто воистину ужасное, Мэтти Белл. Это вернет мне веру в человечество.
