Лучше никогда не быть полностью

Ширина прямоугольника пропорциональна количеству человек, а высота – уровню качества жизни. Популяция А малочисленна, но с очень высоким качеством жизни. Популяция Z многочисленна, но качество жизни низкое. Да, жизнь в среде Z едва ли стоит того, чтобы жить. Однако суммарное количество хорошего в Z превышает суммарное количество хорошего в А. Таким образом жизнь в Z лучше, даже если качество жизни там ниже. Профессор Парфит справедливо полагает, что такая мысль попросту противоречива. Как следствие, профессор приходит к «противоречащему выводу».²¹

Дабы избежать противоречия, можно обратиться ко второй, средней т.з.: для оценки среднего благополучия необходимо поделить суммарное количество хорошего на количество людей в популяции. Получится, что в многочисленных популяциях средний уровень жизни значительно ниже, чем в малочисленных.

Хотя обезличенная средняя точка зрения и решает проблему безличности, она тоже не может быть пресловутой Теорией Х, т.к. не решает другие проблемы. Для объяснения этого Дерек Парфит просит нас представить два мира: в одном мире у всех людей будет очень высокий уровень качества жизни. Во втором мире ко всем этим людям с высоким уровнем жизни добавляются другие люди, чей уровень жизни не так высок, но все же достоин того, чтобы жить. Такую ситуацию профессор Парфит называет «пустым прибавлением». Поясним: пустое прибавление означает, «что в одном из двух возможных вариантов существует избыток людей, а) чьи жизни достойны продолжения, б) чье существование ни на что не влияет, в) чье существование не приводит к социальному неравенству».²²

Итак, со средней обезличенной точки зрения второй мир хуже первого, т.к. средний уровень жизни ниже. Качество снижается из-за дополнительного количества людей, чье качество жизни ниже, чем у остальных. Дерек Парфит считает такую ситуацию невозможной. Иначе бы предполагалось, что, существуй Адам и Ева с их блаженными жизнями, и еще миллиард людей с жизнями чуть хуже, это было бы плохо. Кроме того, такая точка зрения предполагает, что вопрос деторождения зависел бы от качества жизни всех существовавших прежде людей. Значит, «если жизнь древних египтян была очень высокого качества, в настоящий момент лучше не заводить ребенка».²³ Но, по словам профессора Парфита, «египтология не должна в настоящем влиять на наше решение иметь или не иметь детей».²⁴ Соответственно, такая точка зрения не подходит.

Почему анти-натализм совместим с Теорией Х.

Если всерьез отнестись к моим доводам, можно решить многие проблемы аргументов профессора Парфита. Ранее, во второй части, я говорил о том, что можно разрешить проблему безличности. Во-первых, это можно сделать, воспользовавшись утверждением Джоэла Файнберга: появление на свет для определенного человека может быть хуже, чем не-существование вообще. Я же придерживаюсь мнения, что даже если появление на свет не «хуже», оно может быть плохим для рожденного. И, так как у нас две альтернативы: «плохо» либо «не плохо», рождение причиняет рожденному вред. Альтернативный довод может показаться недостаточным, если понимать взгляд «влияния на личность», как было предложено мною: «нечто является злом, если влияет на жизнь человека и меняет ее в худшую сторону».²⁵ Тем не менее, первая формулировка Дерека Парфита чересчур ограничивающая. В дальнейшем он отграничивает два влияющих на личность принципа – узкий и широкий. Вот так он описывает один из них:

Узкий принцип влияния на личность: «В узком смысле исход плох для личности, если событие Х хуже, чем событие Y, или плохо для Х человека».²⁶

Профессор Парфит полагает, что добавление условия («или плохо») не может разрешить проблему безличности, потому как, по его мнению, рождение не приносит вреда, если дальнейшая жизнь представляет ценность и достойна продолжения. Однако я указывал на двойственность выражения «жизнь, стоящая того, чтобы жить», что может означать как «достойна начинания», так и «достойна продолжения». Учитывая эту двойственность и тот факт, что рождение причиняет вред, можно сделать вывод, что ни одна жизнь не достойна начинания (при этом начатая жизнь может быть достойна продолжения). Таким образом, рождение (событие Х) всегда будет плохо для человека, даже если человек не считает, что пострадал.

Так как т.з. «влияния на личность» в самом деле может разрешить проблему безличности, нет необходимости обращаться к обезличенной точке зрения. Многим покажется, что мои аргументы направлены против этой точки зрения. Противоречащий вывод о том, что, при прочих равных, лучше иметь больше жизней, кажется еще более противоречащим моей точкой зрения, которая гласит, что создание новых жизней недопустимо, особенно если эти жизни едва ли стоят продолжения. Более заселенный мир с низким уровнем жизни в любом случае хуже, чем менее заселенный мир с более высоким уровнем жизни.