Именно тогда он впервые смог разглядеть лица предполагаемых террористов – до этого он, собственно, и внимания толком не обращал на все эти вопли об угрозе терроризма. А тут, едва взглянув на экран, он сразу узнал этих людей, ибо хорошо знал, кто они такие. Мужчину звали Тарик-аль-Хаким, и он был тем самым наркокурьером, которого Ник Лукакис еще в прошлом году выслеживал в течение нескольких недель, надеясь, что он, возможно, приведет его к синдикату самого Ли Муна. Однако он вывел всего лишь на след некоего Фрэнка Моретти, который время от времени покупал у него наркотики; впрочем, похоже, этот Фрэнк Моретти и сам руководил кое-какими жульническими операциями, но делал это настолько умно, что у группы Ника Лукакиса ни разу не хватило улик, чтобы его прищучить.
Женщина тоже была известна: она являлась подругой Уайлдер, и звали ее Джина Дэвис. Она работала в клубе Chairman’s Lounge и танцевала на пилоне. Ник даже как-то подвозил ее домой от Уайлдер.
Сперва он испытал настоящее потрясение – но не от того, что наркокурьер и приятельница его, Ника, близкой подруги могли оказаться террористами, а от того, что он сам до этого не додумался. «Дубина стоеросовая, ругал он себя, почему же мне-то ни разу подобная мысль в голову не пришла! Ведь я прекрасно знал, что Тарик-аль-Хаким много раз бывал и в Пакистане, и в Малайзии, но я почему-то всегда был уверен, что он ездит туда исключительно за наркотиками». Безусловно, и ASIO, и федералы, и кое-кто еще знали куда больше, чем можно было ожидать от следователя из отдела по борьбе с наркотиками. Но ведь он вообще все пропустил мимо ушей! И почему-то никто ни разу ни о чем таком ему даже не намекнул.
Ник Лукакис успел отъехать довольно далеко от Панании, но ночного трафика было немного, и он через полчаса двинул в сторону Дарлингхёрста, как всегда возвращаясь к привычным делам.
Он припарковался примерно за полквартала от того дома, где жила Куколка, и некоторое время просто сидел в машине, не выключив ни двигатель, ни кондиционер; мысли его метались как бешеные.
«Связь с космосом! – радостно возвестил радиоприемник. – Nokia – это не просто телефон, это истинная революция!»
Ник Лукакис выключил двигатель, вылез из своего «Форда» и немного послонялся вокруг дома Джины Дэвис, вспоминая, как впервые с ней познакомился и какой обыкновенной, заурядной девицей она ему показалась. И вдруг, проходя мимо какого-то переулка, он уловил очень нехороший запашок. Инстинкт в таких случаях никогда его не обманывал, подсказывая: раз откуда-то исходит подобная вонь, нужно непременно обнаружить ее источник и причину.
И вот теперь, глядя на труп Тарика-аль-Хакима и вспоминая все то, что он знал о Джине Дэвис, и все то, что ему было известно о самом Тарике, он понимал, что картинка никак не складывается. Ну, не складывается, и все.
Ему, разумеется, придется позвонить в убойный отдел. Но всех своих соображений он им не выложит. Пока еще нет. Сперва он снова посмотрит все материалы, касающиеся Фрэнка Моретти, ибо о нем Лукакису был известен один довольно странный факт, который теперь почему-то казался весьма значимым: один раз в неделю Джина Дэвис приходила к Моретти домой и в качестве «приватного шоу» демонстрировала стриптиз.
Для Фрэнка Моретти не было ничего загадочного в том, почему он согласился на незначительную роль субподрядчика в контрабанде людей. Это отнюдь не было его «гуманитарным хобби», как он втайне шутил наедине с собой и порой даже пытался хотя бы отчасти в это поверить.
Нет, он занимался этим потому, что данный бизнес был весьма прибыльным, а его роль – достаточно легкой и приносившей стабильно высокий доход. Ему достаточно было сделать несколько телефонных звонков, дать кое-кому финансовый «пинок», нанять «проводника», то есть перевозчика, и человека – в данном случае этим занимался Тарик-аль-Хаким, – который выпустил бы людей из контейнера, вывел их из порта и передал в нужные руки.
За исключением тех женщин, за которых Моретти платил сам, он редко находил человеческие существа красивыми, но был приятно удивлен, когда оказалось, что торговля этими существами на редкость выгодна. Сегодня, например, прибыл еще один контейнер, на этот раз прямиком из Шанхая, с грузом албанской консервированной томатной пасты и двенадцати человек. Почему албанскую томатную пасту в Австралию поставляют из Шанхая, Моретти мог только гадать; впрочем, ему это объяснили старинными торговыми связями.
«Ничего удивительного, – думал Фрэнк Моретти, – что я так паршиво себя чувствую. Какой кошмарный вечер!» Сперва заявилась эта стриптизерша, требуя бог знает чего, а потом, когда приглашенные на обед гости уже с благодарностями разошлись по домам, а сам он собирался в сотый раз набрать номер Тарика-аль-Хакима, в дверь вдруг кто-то позвонил.
