Лучшее в тебе полностью

Затем он опустил голову и пробормотал проклятие, прежде чем отпрянуть от меня. Это была определенно не та реакция, на которую я рассчитывала.

Я не знала, как это исправить. Мне удавалось помогать ему справляться с болью и печалью, потому что это было мне знакомо. Я мало что знала об отношениях между парнями и девушками.

Едва я открыла рот, чтобы сказать что-нибудь, как Уэст поднял голову и повернулся ко мне. Затем он подошел ближе. У меня не было возможности отреагировать, когда его руки оказались у меня на талии и грудь прижалась к его груди.

– Первый поцелуй девушки никогда не должен быть с засранцем, который вымещает на ней свою злость на мир. С такими сладкими губами нельзя обращаться так, как это сделал я. Я не могу забрать тот поцелуй, но могу заменить его. Кое-чем получше.

Он опустил голову.

– Таким должен быть твой первый поцелуй, – прошептал он, прежде чем наши губы соприкоснулись.

Его руки нежно коснулись моего лица, будто я была чем-то дорогим, что Уэст не хотел сломать. Затем его язык скользнул по моей нижней губе, и я открылась для него.

Мои руки погрузились в его волосы, когда я ухватилась за Уэста. Тепло его мятного дыхания дразнило меня и заставляло жаждать большего. Когда кончик его языка скользнул по моему, я задрожала в его объятиях.

Уэст опустил руки и вновь обхватил мою талию, прижимая меня ближе к себе и продолжая поцелуй. Как будто он не мог насытиться мной. Словно лучше меня не было никого. Я боялась отпустить его. Я не была уверена, что вновь смогу пережить расставание с ним. Я не хотела, чтобы он притворялся, что ничего этого не было.

Я услышала отдаленный стон и поняла, что он сорвался с моих губ. Уэст прервал наш поцелуй. Он не отстранился, просто прижался лбом к моему лбу, тяжело дыша.

– Беру свои слова назад. Это… это был лучший поцелуй в моей жизни.

Мое тело гудело от удовольствия. Я заставила его почувствовать это. Я. Его друг. Девушка, к которой он не смел прикасаться, которую он не представлял рядом с собой.

Я просто хотел все исправить. Сделать ее первый поцелуй чем-то особенным. Я не хотел, чтобы то, что я сделал от отчаяния и боли, стало ее первым чертовым поцелуем. Просто желал дать Мэгги то, что она заслужила. Но, черт возьми, на вкус она даже лучше, чем я помнил. Ее телу нужно было поклоняться. Оно так прекрасно ощущалось под моими руками. И сладкие звуки, что она издавала. Боже, помоги мне, я хотел большего. От нее.

Проклятье.

Я не хотел этого делать. Между нами было нечто большее. Больше, чем сексуальное влечение. Больше, чем какая-то дешевка. Это было более глубокое чувство, и я не мог его потерять. Если бы между нами сейчас произошло что-то еще, я бы все испортил. Но я не мог потерять Мэгги. Я сделаю все что угодно, чтобы удержать ее. В том числе, больше не прикоснусь к этим прекрасным губам, припухшим и влажным от моего поцелуя.

– Уэст? – прошептала она. Я услышал тревогу в ее голосе.

Я заставил себя отпустить Мэгги.

– Таким… он должен был быть, – сказал я, сдерживая желание схватить ее снова и заставляя себя ограничиться простым взглядом.

Мэгги коснулась губ кончиками пальцев, и, клянусь Богом, у меня едва не подкосились колени. Лучше бы ей прекратить вытворять такие сексуальные штучки.

Ее глаза изучали меня. Очаровательный, застывший взгляд, которым она смотрела, когда я только отошел от нее, превращался во что-то другое. Я сбил ее с толку. Черт.

– Я хотел, чтобы твой первый поцелуй был особенным, Мэгги. Вот и все, – произнес я, чувствуя ложь в собственном голосе.

Ее рука опустилась вниз, и взгляд уткнулся в землю.

– Он был. Оба поцелуя. Просто по-разному, – сказала она, не глядя на меня.

Я ее обидел? Почему она не смотрела на меня?

– Ты в порядке? Я сделал что-то, чего не должен был? Не сердись на меня. Я не хотел тебя расстроить.

Она подняла на меня глаза, губы сложились в улыбку, которая не дошла до глаз. В них была грусть.

– Ты не сделал ничего плохого. Я не расстроена. Просто ты застиг меня врасплох. Не о чем расстраиваться… Спасибо.

Больше мы не говорили об этом. Я привел нас обратно к пикапу, и Мэгги сидела рядом со мной, пока мы смотрели на город.

Мы поговорили, но совсем немного. Это было все, что мне нужно. Чтобы она была здесь со мной. Оставшись в одиночестве, я позволю себе вспомнить, как держал ее в своих объятиях. Какова она на вкус, какие звуки она издавала, и как они сводили меня с ума. Но сейчас я был просто благодарен, что она рядом со мной.

Около трех часов утра я благополучно вернул Мэгги в ее комнату и отправился домой. Мама мирно спала. Уверен, что таблетки ей помогли. Я думал принять душ, но понюхал свою рубашку. Я уловил слабый запах ванили и решил, что не стану мыться и даже снимать одежду.

Я забрался в кровать и заснул, думая о Мэгги. Я держался за воспоминания об этом поцелуе, чтобы оттеснить другие. Взглянуть им в лицо я еще не был готов.