Лучшее в тебе полностью

Вдруг Уэст отпрянул.

– Если бы я сделал это той ночью, боюсь, получил бы от тебя удар по самому чувствительному месту, – признался он, тяжело дыша.

– Я бы, наверное, упала в обморок.

Не отпуская меня, Уэст поглаживал мои соски через ткань лифчика. Я дрожала и извивалась, пытаясь добиться большего.

– Мы не готовы к этой части нашей ночи. У меня есть план, – сказал Уэст, его глаза были полны такого же желания.

– Я думала, это и есть твой план, – ответила я, закрыв глаза, когда его пальцы скользнули под ткань лифчика.

– Нет, но он гораздо лучше.

Две недели спустя…

Мы стояли у могилы мамы Мэгги, и я держал ее за руку. Прошлой ночью после игры мы не поехали на вечеринку. Вместо этого мы паковали сумки. Мэгги не была на могиле матери с похорон, которые она едва помнила. Когда она рассказала мне об этом, я захотел свозить ее туда.

Каждое субботнее утро я приходил на могилу отца рассказать ему о вчерашней игре. Это помогало мне справляться с тоской. Я чувствовал, что он рядом, даже несмотря на то, что его не было. Я хотел, чтобы Мэгги тоже это почувствовала.

Ее маленькая ладошка скользнула в мою, когда она подняла на меня глаза. Брэйди ждал нас в пикапе. Его присутствие стало обязательным условием того, что тетя и дядя Мэгги разрешили нашу ночную поездку.

– Я хочу поговорить с ней наедине, – мягко попросила меня Мэгги.

Наклонившись, я поцеловал ее в уголок губ.

– Можешь не торопиться.

Развернувшись, я ушел, оставляя ее лицом к лицу с ее прошлым и болью. Я хотел держать ее за руку в этот момент, но не собирался заставлять это делать. Просто быть рядом, когда я ей нужен.

Когда я открыл пассажирскую дверь, Брэйди взглянул на меня и нахмурился.

– Ты оставил ее одну?

– Она попросила об этом.

Со вздохом он поднял свой телефон и протянул мне.

– Только что получил сообщение от отца. Он не позвонил, потому что боялся, что Мэгги может услышать. Они хотят рассказать ей.

Я несколько раз прочитал сообщение, чувствуя, как желудок сжался, а на сердце повисла тяжесть.

Сегодня утром ее отец повесился в своей камере. Подробностей о том, как он это сделал, не было. Мэгги вела себя так, будто он уже умер, но как это повлияет на нее? Обернувшись, я смотрел, как она стоит у могилы матери.

Ей столько пришлось пережить, что я не желал добавлять к этому что-то еще. Я бы предпочел сохранить это в секрете от нее, но понимал, что Мэгги заслуживает правды. Видеть ее боль было куда тяжелее.

– Я позвонил отцу. Он сказал, что ее папа оставил письмо. Отец заберет его и прочитает первым. Мы не знаем, стоит ли ей его видеть. Она только начала говорить и снова жить.

– Не говорите ей об этом без меня, – попросил я.

– Не станем, – кивнул Брэйди.

Однажды мы оглянемся на этот день, и боль не будет такой острой. Хотел бы я, чтобы он уже наступил.

По дороге домой в какой-то момент я уснула. Я прислонилась головой к Уэсту, а он обнимал меня. Я чувствовала, как его пальцы играют с моими волосами. С ним я чувствовала себя в тепле и безопасности. После посещения маминой могилы мне это было необходимо.

Оказалось, что я не готова. Одно дело – знать, что ее тело под землей. Совсем другое – увидеть ее могилу своими глазами. Ощущение, что Уэст держит меня за руку, дало мне силы справиться с этой ситуацией. Когда я была уверена, что не упаду, рыдая, на землю, я отпустила его, чтобы поговорить с мамой.

Рассказала ей о своей жизни с дядей Буном, тетей Корали и Брэйди. Начала со дня своего приезда, попыталась упомянуть все самое важное. Особенно то, что касалось Уэста и его папы. Закончив, я поняла, что Эшби был прав. Разговор с мамой помог мне каким-то образом ощутить ее присутствие рядом.

– Папа прислал сообщение. Хочет рассказать ей сегодня, – прошептал Брэйди.

Ей, то есть мне? О чем они разговаривали?

Уэст напрягся, я замерла с закрытыми глазами.

– Ей нужно немного времени после сегодняшней встречи с мамой, – произнес он так тихо, что я засомневалась, услышал ли его Брэйди.

Мой кузен вздохнул.

– Согласен. Я поговорю с папой. Твоя мама же вернулась? Да? Она вроде на прошлой неделе приехала?

Мама Уэста была дома, но вела себя странно. Я знала, что он волновался за нее. После смерти отца она уехала так неожиданно и осталась у своей матери, бросив Уэста разбираться со всем в одиночку. Это совсем было на нее не похоже. Теперь, когда Оливия вернулась, она вела себя непонятно. Забывала обо всем, у нее подгорала еда, она спала по полдня.

– Да, она дома, – отозвался Уэст. Тревога в его голосе была очевидной. Мне хотелось обнять его и сказать, что все будет хорошо. Но не могла, потому что уверенности в этом не было.

Я ждала, надеясь, что они скажут еще что-нибудь о том, что дядя Бун хотел сообщить мне. Спустя несколько минут, когда этого не произошло, я потянулась и села.

– Проснулась как раз вовремя. Проспала почти всю дорогу, – поддразнил меня Брэйди.

Уэст рассмеялся и прижал меня к себе, чмокнув в макушку.

– Оставь мою девочку в покое. У нее был длинный день.