Дорога была легкой и непринужденной. Это настораживало Лёшу, потому что онто думал, что ждать их будет нечто хуже, но из страхов была лишь пара диких псин, все так же трусливо ошивавшихся в округе, да ульи, пчелы которых настолько распухли от обилия цветов и растений в округе, что теперь лишь вяло летали вокруг и будто бы чихали пыльцой – вокруг ульев регулярно витали облачка каких-то частичек. Настороженность, перенятая от его пригородной горячки, регулярно давала о себе знать. Лёша всегда держал ладонь на рукояти Заина и не сводил взгляда со снующих в округе животных, при этом находя в себе силы скрывать эту тревогу и непринужденно вести беседы с остальными.
Когда они добрались до тоскливого кургана посреди засохшего и выцветшего поля, Егор восхищенно завопил и ткнул пальцем куда-то вдаль. Брат с Машей долго щурились и пытались разглядеть то, на что он указывал. Наконец они увидели – то был длинный и тонкий небоскреб, который был настолько узок и высок, что все приняли его поначалу за очередную подпорку для третичных монорельсов (монорельсов до соседних стран).
Как оказалось, то был небоскреб фирмы АТГ – «Адаптированные технологии градостроения». Сам небоскреб отражал собой всю суть компании – грациозен, строг и смел в своей композиции. Конечно, городок, до которого они дошли, был не слишком футуристичен для такого здания, но картина из высоких домов и мостов, расположенных повсюду, смотрелась более-менее уместно, особенно если дорисовывать в воображении прошлые виды городка, чем Егор и занялся.
– М-да, – протянул Егор, – мы ужепол часа бродим по спирали, и только теперь заметили это. До центра нам рукой подать – километр-полтора, не больше.
Брат с Машей пошли за Егором, как-то искоса смотря на него. Путники устремились от небоскреба прямо к центру. Пока шли, замечали все больше и больше интересного – спираль крутилась ровно так, чтобы не просело много домов, но то все равно было заметно, а некоторые из них вообще обрушились или утонули в какой-то болотистой грязи.
– Слишком опрометчиво с их стороны, – сказал Лёша, смотря на дом, который весь погряз в рыхлой земле и воде.
Но самым интересным были АТГ – они были повсюду, а точнее, создавали кольцо вокруг спирали. Диаметр окружности, которую они создавали, был около четырех километров, и смотрелись здания компании очень редко.
Дойдя до центра, они с досадой поняли, что никакого пути в нем нету. То есть совсем ничего не было – обрубленные здания да загнувшиеся ларьки. Егор обессиленно опустил руки и начал искать какие-то обходные пути в картах, следах, отметинах на земле и просто надписях магазинов и рекламных щитах. Спустя час надежда, словно костер из углей в мангале, начала медленно гаснуть. Лёша с Машей разбили небольшой лагерь в одном из магазинчиков, в котором еще было электричество (гродненская система ЛЭП работала хоть и с горем пополам, но все же давала свет и немного электроэнергии в некоторых гнездах розеток).
– Ну, а я-то думал, почему так просто. Конечно – они сделали нам загадку, – говорил Егор, присев на корточки около горящей длинной лампы и почесывая легкую юношескую щетину. Говорил он так, словно обращался только к себе. Ретранслировал мысли, но все остальные отчетливо слышали его.
Раздосадованный таким исходом, Егор сел на крыльце и, сдерживая обиду, подолгу курил, отказываясь выпускать из руки фильтры, словно прилипающие к пальцам. На улице окончательно стемнело, и младший брат предпринял последнюю попытку – знаки. На бетоне около магазинчика была какая-то надпись, которая почти стерлась. Он вспомнил про надпись об Уорвике-Рыцаре в больничной палате.
При свете фонаря Егор принялся разглядывать карту и искать похожие армейские знаки, но кроме спирали, ведущей в центр, он не обнаружил ничего – совсем ничего. Он встал с крыльца и начал обходить дома и заглядывать в закоулки. Внезапно, как только он принялся читать какую-то сухую записку, за углом послышался шорох и шепот, который не на шутку напугал его. Незваные гости пробирались через сквозную арку и что-то пинали, недовольно бурча под нос. Егор рванул рысцой к друзьям и принялся рассказывать им все в подробностях.
Лёша, довольно сильно размякший под вечер и уже сладко пускающий слюни за своими стишками, в сотый раз переписывая какую-то сладострастную строчку, подскочил и вышел на крыльцо, достал Заин и зарядил в него сороковой калибр. Голоса стали громче, он навострил ухо. Медленно наводя оружие, он выжидал момент, а потом резко заорал:
– Стоять! – две фигуры в темноте вздрогнули и застыли с таким жалким видом, словно то были два кролика, которых выловили охотники. Егор схватил фонарик и пошел с братом прямо на них, медленно передвигаясь между рыхлой почвой и бетонной кладкой. Толстая и высокая фигура прикрыла рукой своего товарища и начала ворчать.
– Господа! Мы вам не враги! Убери ствол, ковбой. Я не хочу проблем, и разбираться с тобой у меня нет времени.
– Да тебе больше и не нужно время, – ответил Лёша, наводя Заин. – Кто вы?
