Скабиор растянулся на кровати, наслаждаясь ее мягкостью. Не сравнить с вшивым матрасом его клетки в Аврорате. Мужчина посмотрел в окно, все еще не веря тому, что он действительно дома. На свободе. Хотя всю ночь носился по лесу как угорелый и глазел по сторонам, приветствуя радостным воем знакомые места. Он даже сбегал на другую сторону озера и вернулся только к самому заходу Луны. Хорошо побегал, много. А теперь придется расплачиваться.
Крейг тяжко вздохнул, заклинание прочистило мозги, головная боль утихла. Он кое-как вновь попытался встать, потому что дико хотелось принять нормальный душ. Пожалуй, сейчас он даже воду подогреет в магическом котле. Хотя обычно Крейг предпочитал охлаждать оборотническую температуру тела студеной водицей из озера. Но колдовать самому было столь приятно, что он не мог отказать себе даже в банальных бытовых заклинаниях. Зачаровав котел, он залез в ванную и стал ждать, пока вода нагреется. Котел умиротворяюще булькал. Скабиор крепко зажмурился, помотал головой, запустил пятерню в спутанные после Трансформации волосы. Удивительно, но под ногтями не осталось засохшей слизи. Видимо, Гермиона его уже почистила чарами, чтобы не класть грязным в постель. Егерь оценил.
Хоть ее не оказалось рядом при пробуждении, Скабиор все равно чувствовал, что она где-то поблизости. Баночка колы намекала. Егерь усмехнулся про себя. Не сбежала. Вредная, упертая гриффиндорка. И он был дико рад тому, что она именно такова. Вчера на эмоциях после суда и встречи с МакНейрами он не до конца осознал, сколько на самом деле Гермиона сделала для него. А сейчас, удачно пережив Луну и всем сердцем приветствуя родной пейзаж за окном, он понял вдруг, что серьезно, очень серьезно задолжал малышке.
Больше, чем Мунго.
Больше, чем Робардсу.
Больше, чем даже Фенриру.
Драккл! Замешкавшись, Скаб не успел отвернуться от воды, хлынувшей в лицо горячим потоком. Температура была адская, но он не стал делать воду прохладней, наслаждаясь теплом, катящимся по его телу. Вода будто слизывала скованность мышц, обещая восстановить их. Боль в районе поясницы казалась менее сильной. Вполне терпимой. Честно говоря, что угодно лучше, чем сратый Аконит. Скривившись от нахлынувших воспоминаний о прошедшей ночи, каждое из которых он помнил с потрясающей четкостью, мужчина принялся остервенело растирать мыльную пену по коже. Нахер!
Вымывшись и высушив волосы заклинанием, Скаб какое-то время позалипал в отражение. Как и всегда после Луны, морда была немного осунувшейся, но все еще ничего. Сойдет. Егерь лихо подмигнул себе, мысленно пожелав удачи. А потом перевел взгляд с лица на грудь и ниже. Ну, похудел, конечно. Но в целом не растерял прежнего лоска и животного магнетизма, судя по реакции мисс Грейнджер. Он еще хорошо помнил ее взгляд вчера на полянке, когда она буквально пожирала глазами его тело. Пока оно еще оставалось человеческим. Егерь вздохнул, напомнив себе, что она не сбежала. Приняла его. Скабиор обновил Бреющие чары, еще раз глянул в зеркало, теперь уже оценивая вид со спины. Визуально все было в порядке. Вышел из ванной и блаженно растянулся на кровати — чистый и вкусно пахнущий не-кровью. Интересно, где Гермиона?
Будто услышав его мысли, Гермиона появилась на лестнице, одетая в достаточно короткую, едва прикрывающую задницу, футболку. Черную, с какими-то рыжими котами. Она увидела, что Скаб проснулся, и улыбнулась ему:
— Ты как?
— Спасибо за колу, — усмехнулся егерь, приняв более вальяжную позу: лег на бок и подпер голову рукой. И да, он по-прежнему был голым. Он знал, что обычно на утро после луны выглядит изможденным, пусть хоть Гермиона смотрит не на его осунувшееся лицо. Она и не смотрела.
Подошла ближе и села рядом с ним на кровать.
— Спина зажила? — спросила девушка, поглаживая его руку. Обычную человеческую руку. Без когтей. И лопнувшей кожи. Вот только сейчас она была еще более горячей, чем обычно.
— Нет, — качнул головой Скабиор, опустив глаза. Убить его эта новость не убила, но расстроила сильно. Он отвык получать травмы, которые остаются с ним после Луны. На всю гребаную жизнь.
— Спроси Сметвика. Может быть, в Мунго они смогут убрать последствия травмы. Ты чего? — нахмурилась Гермиона, увидев, как лицо егеря окаменело за секунду.
Мунго! Совсем забыл! Растеряв вальяжность, Скабиор резко поднялся, потянувшись за палочкой, которая лежала на тумбочке. Он проспал?
— Темпус! — но быстрее, чем заклинание, ответила ему волшебница:
— Еще как минимум два часа до начала работы, Крейг, — вредно фыркнула Гермиона. — Не переживай, я не дала бы тебе проспать твой первый рабочий день.
Едва услышав подобную формулировку, Скабиор смачно залепил себе ладонью в лицо. «Первый рабочий день». Просто охренеть. В Мунго. Три года. Твою дракклову мать! Убрал руку и увидел, что Гермиона ехидно посмеивается, прикусывая нижнюю губу.
— Тебя отвести за ручку?
