Собранная Мейв появилась со стороны лестницы очень скоро — пары минут не прошло, с ней были еще несколько колдомедиков. Быстро оценив состояние пациента, Мейв скомандовала грузить его на носилки и левитировать к лифтам. Скабиор почувствовал себя лишним и решил пойти заняться тем, что он еще умел делать хорошо, кроме запугивания женщин. Перед тем, как закрыть за собой дверь на лестницу, он увидел, что Рози ободряюще улыбается парнишке, крепко сжимая его ладонь. А тот изо всех сил кусает губы, чтобы не разрыдаться. Молодец…
Вообще, надо было сразу заткнуть эту нахальную бабу, зря Скаб дал ей шанс добить мужика. Воняло от него скверно: застоялым гноем и чутка мертвечиной. Хрен его знает, как можно было запустить Драконью оспу до такого состояния. Тряхнув волосами, егерь сделал пару глубоких вдохов, прогоняя мерзостный душок, осевший в носу, и стал подниматься в каморку.
Сегодня ему предстояло вывести Аконит на вторую степень готовки. Первая часть зелья варится как Аконитовый яд, очень сильный, концентрированный и опасный. А во второй части процесса надо стабилизировать экстра сильный настой аконита при помощи порошка из лунного камня, серебряного котла и условий варки.
Согласно плану, сегодня Скабиор должен вскрыть бочку с настоем. Он множество раз проводил сей процесс в своей лаборатории, и и чаще всего дела шли нормально. В штатном режиме, как сказала бы Гермиона. Которая, кстати, совсем не удивилась отказу Минки. Скабиор рассчитывал, что Минки будет с ними, но она выбрала Сандру и детей. «Там она нужна больше, Крейг». Ну да. Ладно, Минки обещала найти им эльфа, которому можно верить, а сентиментальные штучки не соответствуют его статусу «бывшего приспешника Волдеморта». Он просто хотел вернуть… что? Кого-то, кто его любил? Да ну нахер!
Криво усмехнувшись, Скабиор взмахнул палочкой, накладывая на себя чары Головного пузыря. Он нагнулся и вытащил из-под стола бочку, медную и тяжелую, галлонов на пять, в которую несколько дней назад перелил настой Аконита. Снял с бочки Охлаждающие чары.
Хотя стоп! Он же не в лесу. Скабиор нахмурился, прикинув, что под его комнатушкой на нескольких этажах находятся пациенты, которым явно не пойдет на пользу аконитовый душок. Давным-давно по неопытности он несколько раз травился сраным аконитом. И если уж ему, оборотню, было так хреново, что он несколько дней лежал в лежку, то что будет с больными людьми? Стало быть, надо не позволить яду выйти за пределы лаборатории. А то его точно отправят в Азкабан, правда, теперь уже за массовое убийство. Довольно фыркнув и получив в пузыре эхо усмешки, Крейг наложил на комнату чары Сдерживания, которые должны удержать концентрированные испарения яда внутри. Застегнул плотнее мантию. Нацепил свои перчатки из драконьей кожи, чтобы не получить ожог. Еще раз огляделся, проверяя общую готовность помещения. В целом, этот момент при варке всегда был самым спорным и… непредсказуемым.
Чё, погнали.
— Финита, — коснувшись палочкой медной крышки бочки, егерь снял Запирающие чары и дернул крышку на себя. В воздух тут же устремился сияющий голубой дым. Комнатушка быстро заполнилась неоновыми, светящимися, как маггловские вывески в Амстердаме, испарениями. В больших концентрациях смертельно опасными. Скабиор любовался картиной, про себя отсчитывая минуты: одна, две…
Скорость выхода снизилась, теперь дым не стрелял, а, скорее, грациозно танцевал, выбираясь из бочки ярко-голубыми упругими струйками.
Три. Дым уже дошел до стен комнаты. Крейг выжидающе уставился на едва различимый среди голубого тумана силуэт двери, проверяя Сдерживающие чары. Струйка дыма потянулась было под дверь. Скабиор сглотнул.
Четыре. Не найдя выхода, струйка зазмеилась по полу обратно, вливаясь в неоновое марево. В центре которого Скабиор и стоял. Хорошо. Выдохнул с облегчением.
Пять. В среднем испарения выходят десять минут: первые восемь самые опасные, потом постепенно яд слабеет, а на двадцатой минуте можно чистить воздух. И продолжать варку.
Шесть. Скабиор, убедившись, что процесс идет по плану, повернулся к столу, спиной к бочке.
— Акцио, серебряный котел, — произнес он, взмахнув палочкой над своим рюкзаком. С сегодняшней стадии можно готовить зелье в серебряном котле, чтобы яд лучше стабилизировался и принял в себя другие ингредиенты. Скабиор поставил прилетевший в руки увесистый котелок из чистого серебра прямо на очаг.
Семь. Дверь резко открылась. В комнату влетел Эрик Маллоут. Занятый приготовлением к варке, Крейг не заметил его. Чары Головного пузыря снижали даже острый слух оборотня. А парень широко открыл глаза, увидев перед собой светящийся голубой туман, поднял палочку и раскрыл рот, чтобы крикнуть:
— Гла…
Скабиор услышал стук падающего на пол тела. Быстро повернулся, разглядел среди голубого тумана лежащего на спине Эрика. Его тело тряслось, будто под Круциатусом. Драккл! Глянул на дверь. Заклинание сдерживало яд внутри комнаты, не позволяя покинуть ее пределы. Идиот!
