— И чего ты хотела от них? — легко усмехнулся Скабиор, вытаскивая из кармана жилета трубку. Которую, слава Мордреду, успел набить табаком заранее.
— Ничего, — всхлипнула Гермиона, уткнувшись носом в темную ткань рубашки.
— Прощения? Не надо, Гермиона. Тебе не нужно их одобрение. И понимание пусть засунут себе в задницу, — хмыкнул бывший егерь. — Все эти сказочки про семью — брехня. Рыжий козел им, очевидно, дороже, чем ты. И так будет всегда. Тебе не нужно было извиняться перед ней.
Гермиона теперь и сама поняла всю бессмысленность своего предприятия. Но она хотела… облегчить душу? А вместо этого получила в нее плевок. «Ты предала нашу семью». Боже! Слезы вновь зажгли глаза. Гермиона втянула в себя запах вишневого дымка, который шел от трубки Скабиора, наслаждаясь каждым мгновением, которое они могли провести вместе. У любви всегда была цена. И Гермиона Грейнджер была готова ее заплатить. Она крепко зажмурилась, запирая слезы внутри.
— Может, пожрём уже этот пирог? — алчущий голос любимого и — очевидно, голодного — оборотня отвлек ее от самобичевания.
— А? — Гермиона подняла голову, в замешательстве посмотрела на Скабиора. Их лица были так близко, что она могла видеть, как в светлых глазах егеря заплясали черти. С чего бы только?
— Пирог с почками для благородного мистера МакНейра от священного дома Блэков, — Крейг передразнил интонацию Кричера и, сделав, затяжку табачком, показал подбородком на стол, ей за спину, где их ждал ароматный пирог, все еще упакованный в бумагу. — Я, так и быть, дам тебе попробовать кусочек, — в скотской манере добавил Крейг, выпуская дым в сторону. Гермиона закусила губу, несколько секунд просто оглядывая лицо любовника. Какой же нахал! И сегодня она была бесконечно рада, что он именно таков. В носу опять противно защипало, и Гермиона, предотвращая появление новых слез, кинулась целоваться, погружаясь в сей процесс всей своей больной и гудящей головой.
Через какое-то время они добрались и до пирога: он все еще был горячим, дымящимся и божественно пахнущим. Видимо, Кричер наложил на него согревающие чары. Пирог оказался выполнен в форме буквы B, украшен какими-то косичками из теста и завитушками. Румяная корочка имела аппетитный глянец. А уж начинка заставила Скабиора просто замычать от удовольствия! Почки были приправлены грибами, травами и жареным луком.
Гермиона тоже заценила наполнение, хотя ей больше понравилось само тесто: в меру рассыпчатое, в меру хрустящее, притом достаточно мягкое. Гермиона сосредоточенно ела свой кусок и никак не могла отделаться от мысли, что такой же пирог ел когда-то маленький Сириус Блэк. Гермиона перевела взгляд на Скабиора, который смаковал уже второй кусок, запивая его виски. Они даже были чем-то похожи, вдруг поняла Гермиона. Скабиор и Сириус. Характером, семейной историей и вообще. Оба потеряли все. Только один отсидел 12 лет в Азкабане, а второй стал оборотнем.
— Не говори Минки, но Кричер это что-то. Просто лучший пирог, который я когда-либо ел, — благородный мистер МакНейр запустил пальцы, которыми до этого держал кусок пирога, в рот и облизнул вытекший соус. — Великолепно.
Гермиона была с ним полностью согласна и в этот момент даже забила на безобразность манер бывшего егеря.
— Мне бы Кричер приготовил разве что пирог с дерьмом, — устало пожала плечами Гермиона и сделала глоток "Ножек Пенелопы". Виски расслабил напряженные нервы, приятно прокатываясь потоком живительного тепла.
МакНейр крякнул от смеха. Гермиона нежно посмотрела на него и добавила:
— Спасибо, что пошел со мной.
— Я всегда буду рядом, — удивительно серьёзно ответил ей Скабиор, послав девушке глубокий взгляд, крепко пожал ее руку. Интересно, найдет ли Минки эльфа, который умеет делать такие божественные пироги?
Глава 39, в которой скарабеи и старательность
We've been slaves to this love
From the moment we touched
And keep begging for more
Of this resurrection
HIM — «Resurrection»
Пока Гермиона отходила от встречи с Молли Уизли, Скабиор допил последние три порции своего Аконитового зелья, успешно провел Полнолуние. В этот раз все прошло несколько лучше. Насколько это в принципе возможно, когда ты ощущаешь всем разумом, не прикрытым волчьим инстинктом, как трещит по швам тело. Скаб не сильно переживал за обратную связь от остальных двадцати оборотней, но Сметвик сообщил, что и у них все прошло нормально. Что подтвердило пригодность приготовленного Крейгом зелья.
Целитель всегда больше ценил дела, чем слова. И не то чтобы Сметвик сомневался в умениях оборотня, особенно после всех тех Кроветворных и других зелий, которые тот варил на добровольной основе. Однако Скабиор делом доказал, что его слова не были пустым бахвальством. Сметвику предстояло отчитаться перед Отделом регулирования, его главой Гестией Джонс и ее помощницей Гермионой Грейнджер. Которая весьма постаралась для Скабиора. Сметвику было интересно узнать, чем же той так понравился оборотень, особенно учитывая их некрасивую предысторию.
