— А почему в ход идут исключительно топоры и прочие орудия магглов? — задумчиво спросила она.
— Я хотел было сказать, чтобы отвести подозрения от явно магической подоплеки, но, скорее всего, все куда банальнее: оборотни не достойны магической смерти, их можно уничтожить прозаичным маггловским способом. И ещё: быть разделанным топором представляется мне достаточно болезненным, а это ли не цель? — он посмотрел на Гермиону, отслеживая ее реакцию. Девушка нервно перебирала пальцами по палочке, сидя на подлокотнике кресла. Хмельной огонек почти совсем выветрился.
— Но ведь не все оборотни поддерживали Темного Лорда? Наверняка были и независимые стаи, — спросила она.
— Да, такие до сих пор есть. Это всего процентов десять от общей массы оборотней. Не думаю, что тот, кто все это затеял, будет сильно разбираться. Прежде всего, их убивают за то, что они оборотни. Читала же личное дело милашки Кэрри? Она не состояла ни в каких заговорах, ее вполне принимали родители. Не вижу в ее истории ни одной причины для такой жуткой кончины. Исходя из сведений нам предоставленных, — Скабиор сделался предельно серьёзным, снизив количество иронии до исторического минимума. Герми вдруг поймала себя на мысли, что ей нравится эта версия егеря — умный, чуткий собеседник, подмечающий детали, которые она могла упустить. Разговор был интересным и содержательным. Такой вариант Скабиора ее не раздражал и пугал сильно меньше. Его глаза сегодня хоть и были очень холодными, но не выглядели порталами в Ад.
— Я думаю, это либо один убийца, либо группа лиц. Самое ужасное, что аврорат закрывает эти дела даже не дождавшись выхода срока давности преступления! Дела сливаются на самое дно архива и там лежат, а мне потом велят выяснить причину снижения популяции оборотней! Может быть, дело в том, ребята, что тут целый серийный убийца работает! — ее негодование, сдерживаемое с момента получения ею информации, наконец-то выплеснулось. Скабиор уставился на ее горящие во время этой тирады глаза с удивлением. Он не совсем понимал, зачем этой чистенькой девчонке кровавые дела оборотней.
— Потому что на нас всем плевать, Пенелопа, я уже тебе говорил об этом и не раз. Вот еще одно подтверждение. Мертвый оборотень — отсутствие проблемы. Я посмотрел фото и вспомнил, что с некоторыми из них даже пересекался по делам. С Джоном Хиллари общался какое-то время. А потом он пропал. Теперь понятно куда, — хотя оборотень звучал достаточно спокойно, она улавливала в глубине его голоса стальные нотки.
— О, мне жаль, — только и смогла выдавить она. — Меня удивляет, что семьи не добились расследования…
— Тоже ничего удивительного. Я перестал быть частью семьи примерно за то короткое время, которое потребуется, чтобы произнести: «Мама, папа, я теперь оборотень», — мужчина холодно хмыкнул. — Не все готовы принять новую версию своих родных, учитывая всю мощь пропаганды против нас. Ну и образ типичного оборотня.
— Грейбек отлично поработал на этот образ, — не смогла не сказать Герми. В воздухе повисло ну и ты.
Мужчина усмехнулся.
— Когда у тебя нет легальных средств, самое хорошее оружие — это страх.
— Когда у тебя нет легальных средств, — запальчиво передразнила его Гермиона, — лучшее оружие — это доброта.
Они уставились друг на друга. Два мира, которым не суждено сойтись или хотя бы найти понимание.
— Собираешь листовки-то? — мило улыбнулся егерь.
— Пока не было времени, — пробурчала девушка. — И мы не оговаривали сроки.
— А дело заказала мое? — поинтересовался Скаб, игриво заглядывая ей в глаза снизу вверх.
— Да, попросила Гарри.
— А почему не жениха? — Герми не привыкла общаться с такими хитрющими мужиками. Почему-то каждый вопрос этого казался ловушкой. Вот и сейчас она старалась придумать такой ответ, который заставит его отвалить.
— Гарри лучше работает с архивами. Все мертвые преступники лежат там.
Егерь засмеялся, словно ей удалась эта шутка. Но она не шутила! Гермиона строго уставилась на сидящего в кресле мужчину.
— Ладно, мы отошли от темы, — сказала она, возвращаясь в свое кресло. — Ты не мог бы разузнать по своим волчьим контактам политические взгляды убитых, чтобы хоть понимать, на кого направлен удар.
— О, не хочу тебя расстраивать, но почти все мои волчьи контакты сгинули на рухнувшем мосту при битве за Хогвартс. Я максимально отошел от дел, Гермиона. Есть пара ребят в Лютном, но… — егерь развел руками.
— А как насчет твоего дядюшки? Он же написал самую великую книгу об оборотнях! Ты можешь связаться с кем-нибудь от его имени, — возбужденно перебила его Грейнджер.
— Могу, но я бы не хотел сильно светить Пия. Его личность — единственная моя возможность жить нормально, понимаешь? Если что-то пойдёт не так, я не хочу оставить его имя в магической истории грязным.
Гермиона закусила губу и кивнула. Пий был и ее единственной возможностью легально встречаться со Скабиором. Хотела ли она ее потерять?
— Что еще ты хочешь узнать об оборотнях по моим каналам? — прервав образовавшуюся тишину, спросил егерь.
