Хотя ее невозможно проехать, ТЦ “Парус” конечная, всяко высадят.
Кое-как сумев выровнять дыхание и унять дрожь в коленях, Аня попыталась рассмотреть, где они едут. Но грязное стекло стало полностью непроницаемым, виделась только одна сплошная беловато-туманная муть.
Спокойно! Ничего не происходит.
Окончательно впасть в панику Аня не успела, маршрутка остановилась и как ни в чем не бывало распахнула двери.
Испытав, пожалуй, самое сильное в своей жизни облегчение, Аня стремглав выскочила наружу, чуть не споткнувшись о ступеньку и не вылетев вниз головой, предвкушая глоток живительного морозного воздуха и причудливую, похожую на корабль, зеркальную громаду ТЦ.
Но… ни снега под ногами, ни приятно обжигающего мороза, ни сколько она себя помнит знакомого торгового центра на месте не оказалось.
Странно безлюдная площадь, мощенная квадратными серыми плитами без малейших следов снега, столь же серые низкие здания в отдалении.
Что… что это такое?
Панически заметавшийся по сторонам взгляд наткнулся на четырехэтажное желто-серое здание, до боли похожее на ДК Красный якорь, только с непонятными иероглифами и огромным красным с синей каймой по краям флагом наверху.
В центре знамени неизвестного государства красовалась знакомая по урокам истории (СССР как раз недавно проходили) пятиконечная звезда, красная в белом круге.
С другой стороны - похожее здание с колоннами и уже полностью красным флагом.
А в середине более высокое, напоминающее пагоду с зеленоватой крышей сооружение, украшенное портретами, отсюда не рассмотреть, кого.
Где-то… где-то она такое видела.
Может, все просто сон, она заснула в долбаной маршрутке? Аня попыталась изо всех сил ущипнуть себя.
Ей приснилась Машка. Ее желание… Неужели!
Но это же не Сеул, он совсем не такой, там…
Господи!
Аня наконец рассмотрела портрет сбоку от похожего на Дом Культуры здания. Это же… это… Нет!
Такое тоже было в учебнике. Не может быть!
Воздух перестал идти в легкие, вдруг став тяжелым и липким. Сердце болезненно затрепетало в груди от удушья, а серые здания закачались и закружились в адской пляске, пока встреча затылка с тоскливыми серыми плитами не отдалась огненной вспышкой боли.
========== часть 3 ==========
Какой-то особенно, до головной боли неприятный, мертвенно-белый свет бил по глазам, просачиваясь сквозь сомкнутые ресницы. И голоса, странно и тревожно неправильные, ни слова не разобрать.
Она проспала школу или свой день рождения, заснула в маршрутке?
Аня резко открыла глаза и попыталась сесть, поняв, что лежит на чем-то непривычно твердом, явно не на своей кровати. И даже не на сиденье маршрутки, они все же помягче.
Свет, исходящий от ничем не прикрытой лампочки на голом потолке, освещал странное помещение, не похожее ни на что из ее прежней жизни. Что-то подобное она видела только в кино, криминальных драмах в антураже стран третьего мира. Про суровые будни тайландских наркоторговцев, например.
Аня не особо фанатела от таких сюжетов, а уж перспектива самой оказаться на месте героя в убогой камере не привлекала от слова совсем.
Твердая, практически как плиты на площади Ким Ир Сена (Аня машинально потерла затылок), железная койка, бетонные стены и потолок, никак не скрытый от посторонних глаз унитаз в углу и постоянно шагающие туда-сюда по полутемному коридору люди в форме (какой именно - военной, полицейской или какой-то еще - Аня понятия не имела).
Наружная стена, выходящая в этот самый коридор, представляла из себя одну сплошную решетку.
Подобная открытость и непрерывно бьющий в глаза свет заставляли чувствовать себя как на витрине, причем не в торговом центре, а в каком-нибудь грязном, вонючем чапке.
К сожалению, это все-таки не сон, раз проснуться никак не получается. Но почему все так похоже на кошмар?
С трудом поднявшись со своего твердокаменного ложа, Аня со стоном схватилась за почти в прямом смысле раскалывающуюся пополам голову. На затылке налилась огромная и крайне болезненная на ощупь шишка. Спина тоже болела и ноги затекли.
Разуть ее никто не позаботился, но ни куртки, ни сумки (она, возможно, осталась в маршрутке) видно не было.
Ее любимые черные полусапожки на шнуровке для столь долгого ношения не предназначены, и в них здесь явно жарко.
Узкие джинсы (Аня специально брала на полразмера меньше, чтобы лучше сидели и подчеркивали все, что только можно) действительно как влитые обтягивали практически идеальную задницу, не как у Джей Ло, конечно, но еще бы совсем чуть-чуть объема, и simple the best, определенно не были удобными.
И, как инстинктивно догадалась Аня, были здесь совершенно неуместны и нежелательны.
Несбыточное желание переодеться во что-нибудь более комфортное и не столь вызывающее оказалось последней каплей, прорвавшей плотину самообладания.
Несмотря на все попытки сдержаться, глаза неудержимо наполнились слезами, нос, как всегда при этом, тут же забился и дыхание перехватило.
А ты не написала, в какую именно Корею хочешь. Крутой рофл, да? Как вы с Элькой любите.
Визгливый Машкин смех чуть было не заставил опять упасть в обморок.
