‒ Тут ведь, смотри, турки, водители, Рашиды и прочие завязались в узел противоречий, его невозможно распутать. Я предлагаю его разрубить, и будь что будет, не для себя, для тебя! Ну, ты согласен? Если нет, то мне вообще плевать, я уеду, мне ловить здесь нечего.
‒ Нет! Точно нет! Это же какой грех, пусть всё потеряю, а так действовать нельзя! ‒ Орлов, привстав с койки, начал креститься.
‒ Ну и ладно. Я тогда ещё посмотрю день-два и, думаю, уеду домой. А что? Мне ловить нечего, ‒ Егор, хлопнув, дверью ушёл искать переговорный пункт, который он заприметил ещё утром из окна такси.
Вот, наконец, улица. Шедшие навстречу люди говорили на русском и только на нём, как же это, оказывается, важно. Лёгкий морозец подбадривал, в груди сжался комок волнения, мысли гудели в голове взбудораженным роем. Как там дочь? Как родители? Что важного случилось за последние недели?
В зале междугородних переговоров почти не было людей, Егор назвал номер телефона жены и родителей. Денег немного, хватит лишь на несколько минут, но это лучше, чем ничего. Вскоре голос из динамика заставил вздрогнуть ‒ позвали в кабинку для переговоров, от волнения вспотели ладони.
‒ Да, я в Тюмени. Как у вас? Через неделю точно приеду!
Короткие вопросы и ответы, никаких подробностей, но даже через линию связи ощущались напряжение и усталость от бесконечного ожидания. Главное, все здоровы, жена работает, успела сказать о успехах дочери и своём повышении. Успокоившись, радостный коммерсант побрёл в номер, ощупывая в кармане оставшуюся горсть мелочи. На входе в гостиницу Егор заметил знакомую фигуру Орлова, он стоял и курил.
‒ Лёха, ты же не куришь? Да и пост у тебя.
‒ В армии курил, а тут уже сил нет терпеть, всё не так, одни проблемы!
‒ Дай мне пару рублей, меня что-то на сладкое пробило после общения с родными. Пойду «покурю» пару шоколадок.
Уже сидя в номере среди храпа молодых турок, лежащих на полу, отламывая и бросая в рот дольки шоколада, Егор решил ехать домой, не дожидаясь развязки луковой пьесы.
«Всё, завтра отработаю, попрошу пять тысяч, их-то я всяко честно заработал и поеду домой через Курган. Начну искать работу, коммерсант из меня, видно, никакой», ‒ грустные мысли о своей никчёмности давили виски, не давая заснуть.
Вскоре пришёл прокуренный Лёха, со стоном упал на свою кровать и отчаянно начал ворочаться, извлекая из койки мерзкий скрип. Не в силах найти удобное положение, сел, уставившись в окно на огромную Луну. Согревшись под одеялом, насытившись сладким, Егор скоро провалился в глубокий сон…
Во сне всё спуталось окончательно. Вот они с Лёхой, оказывается, угнали один МАЗ и сумели продали его Сигизмунду. Теперь, почему-то, азеры гоняются за ними по всему городу. На светофоре к МАЗу подбегает незнакомый парень и громко кричит.
‒ Воры! Шайтаны! Стоять!
Газ в пол, и вот они уже у Сигизмунда на базе, кругом охрана из автоматчиков. Оказывается, Онур успел получить деньги чуть раньше за тот же самый лук, который они вывезли с рынка. Сигизмунд купил лук вместе с грузовиком. Вот они идут по оживленной улице, навстречу люди, что с лицами встречных? Они все казахи!..
В поту и ужасе коммерсант проснулся. Вокруг темно, турок уже нет, Алексей, опустив в чай усы, громко цедит его через сжатые зубы.
‒ Вставай, пора, уже. Потел будить, но ты сам прснулся.
Зевая, они вышли на улицу, турки весело пересказывали на смешанном русско-турецком историю утреней побудки Онура, который, не удержавшись, напился и на пару с охранником обгадил весь санузел.
‒ Ему же сегодня нужно все деньги собрать и отправить в Петухово супер-Славика, как быть? Сможет? ‒ Егор решил готовить почву для своего отъезда издалека.
‒ Да, ему вчера почти всё азеры отдали, сегодня в долг договорились под залог лука остальную сумму взять, и отправим его. Да ещё вдогонку с ним МАЗ тот, в котором ты ехал, лук с него весь на рынок перегрузим.
‒ Опять таскать мешки… Я тут подумал, что мне денег не видать, и работать дальше я бесплатно не хочу. Давай мне рублей пять, и я завтра с утра домой уеду, ‒ собравшись с духом, выдал с трудом Егор.
‒ Вечером, думаю, решим. Наверно, действительно, так лучше будет, мы комнату сразу сдадим. А за неделю только на этом отобьём твои пять тысяч, ‒ задумчиво произнёс Джавдет и вдруг улыбнулся, толкнул Назима, так, толкая друг друга и кидаясь снежками, они вместе с русскими направились на оживлённую улицу ловить такси.
На улице поймали белую «Волгу», точно такую, как гнали в Джамбул. Воспоминания нахлынули на Егора, казалось, ещё недавние события произошли очень давно и не с ним, а с каким-то другим, похожим на него, человеком в неком параллельном квантовом мире. Но, внезапно ударившись при торможении голенью о переднее сиденье и ощутив сильную боль, Егор убедился в реальности произошедшего с ним падения в Михайловскую яму. Его расщеплённое сознание вновь соединилось в одном физическом теле. Вот он знакомый вход на задворки рынка, грязный снег, нехотя хрустящий под ногами от мороза, а вот и два МАЗа. На встречу коммерсантам вышел Михаил, с ходу озадачив фразой:
