– Шайтан на ваше кафе, я их родственников не знал! Чай налили из пипетки, семь капель и давай пятьдесят рублей, ночной тариф! – вышел из дверей возмущённый Онур, держа перед собой два пластиковых стаканчика, обжигаясь, громко отпивал из каждого по очереди, скорым шагом направился к машине. «Волга» громко чихнула, дёрнулась и лениво набрала скорость. Водитель довольный прошептал какое-то заклинание или ругательство на своём наречии, ловко переткнул скорость, не выжимая сцепления.
– Эх, тут жил, родился, надо будет как-нибудь к сыну заехать, на обратном пути что-ли, с деньгами. Уже месяца три денег не давал, сын всё же… Большой уже, пятнадцать лет или шестнадцать, – грустно запричитал Лёха, качая головой, начал длинный рассказ о своём детстве, секциях и той давно минувшей курганской жизни.
Егор, следуя приказу, не спал, толком не слушая, о чём идёт речь, в нужных местах активно имитировал интерес к сказанному. В груди всё сильнее щемило от волнения и предстоящих приключений, потели ладони, и предательски мелко стучали зубы. Турок безучастно курил, роняя пепел на брюки, внимательно, как автоинструктор, следил за дорогой и манёврами других водителей, зло ругая их родственников и знакомых.
Перед петуховской таможней «Волга» въехала в морозный туман. Безлюдье, ранее утро, машин нет, полузасыпанная снегом дорога, редкие огни вдали, какие-то обветшалые АЗС – местность незаметно изменилась. Выскочили на главную дорогу: кругом лес, крутой поворот, на выезде из которого внезапно появились ярко освещённые терминалы, таможни и длинный ряд кафе, уходящий на казахскую сторону. У самого терминала печально стоял десяток грузовиков, неспешно ожидая своей очереди на досмотр. Легковые машины проезжали отдельно и быстро.
От балды заполнив бумажки декларации, пройдя беглый внешний осмотр машины и поверхностную проверку документов, туристы на «Волге» въехали на территорию сопредельного Казахстана. Тут же рядом в открытом обменнике поменяли по невыгодному – высокому – курсу небольшое количество рублей на тенге.
Вот он, долгожданный Казахстан. С этой стороны всё было так же, но одновременно совсем иначе: вот вроде и вереница кафе, тянущаяся к терминалу, обменники с названиями и без, но главное отличие состояло в том, что тут кипела жизнь. Длинная извилистая змея грузовых автомобилей, казалось, растянулась на несколько километров. Бросались в глаза совсем иные номера машин, цветастые с латиницей и кириллицей, тут были не только казахские, но и узбекские, киргизские и другие, с загадочными символами, всё многообразие грузовиков со всей Азии собралось на границе во всей своей красе. Старые МАЗы, КамАЗы с огромными самодельными прицепами, древние «Вольво» и МАН-ы составляли основу очереди. Дорога шла на Петропавловск, начали попадаться невиданные ранее двухэтажные автобусы. Алексей, проехав небольшой участок, сменился и тут же уснул в неудобной позе на пассажирском месте. За рулём вновь сидел джигит Онур, разогнав машину за сто, он ловко ловил её в бесконечных заносах на скользкой дороге.
– Может, того, чуть тише? – устав не столько от дороги, сколько от болтанки, взмолился Егор.
– Нет, лук цена спадёт, надо февраль приехать, два-три дня и дома! Тут всего около трёх тысяч вся дорога! – весело откликнулся турок, вправляя «Волгу» в поворот на очередном вираже. Машина, жалобно скрипя подвеской, пошла боком, задев багажником снежный бруствер. – Ничего, я КамАЗ так водил. Эту легко, я себе такой же брал, тока чёрный, летал, как орел! Продал год назад, до сих пор ночью плачу! – оскалившись улыбкой и блестя красными огоньками зрачков, радовался водитель.
Утро. Объездная Петропавловска. Первые гайцы вышли на дорогу зарабатывать себе на корм. Увидев издали транзитные российские номера, они тут же бросались наперерез машине, выставив вперёд полосатый жезл, как солдат выставляет штык, идя в атаку.
Остановились. Человек похожий на хана, с большим животом и сальным взглядом, подкрался к двери водителя, окинул взглядом салон, постучав жезлом в стекло, радостно приветствовал:
– Права, документы давай, явно всё нарушено! Видно сразу, закон не уважаем! – резюмировал опытный блюститель закона.
– Уважаем! На права, вот, уважаемый, немного за твою работу, за то, что охраняешь дорогу! – Онур улыбался, протягивая права и коробок спичек, в который заранее положил тысячу тенге.
– Нет, у вас проблема! У вас аптечка, что лежит в багажнике, не комплект – бинта там нет! – смело заключил блюститель и, приняв второй коробок из рук турка, добавил. – Давай не стой, езжай! Замахал жезлом довольный уловом гаец.
Так и пошло: все посты брали деньги, кто в открытую, кто поднимал «случайно» оброненные в машине купюры, некоторые честные давали сдачу. Кафешки вдоль дороги встречались намного чаще, чем в России, а населённые пункты реже. Турок обычно заказывал небольшой обед на всех: манты и лепёшку, к ним приносили за условную плату целый чайник чая с пиалами.
Перекусы, обмен денег, нудные гаишники, полудрёма…
