Бембо был настроен чересчур оптимистично: небеса действительно вознамерились устроить заговор против влюбленных. В ноябре 1503 года Бембо нашел у Строцци пристанище в Ферраре, хотя Лукреция все еще была в Меделане. «потому что в Остеллато, — пишет он, — как я говорил Вам, нет возможности приютить Его Сиятельство дона Альфонсо, если он пожалует с визитом…» Но Бембо, скорее всего, не хотел навлечь на себя гнев Альфонсо тем, что тот увидит его в обществе Лукреции. Хотя Лукреция была в Ферраре по меньшей мере с середины декабря, встретились они только раз. И это была последняя их встреча. Бембо вызвали в Венецию: брат его, Карло, скончался 30 декабря. Необходимость утешить престарелого отца и инстинктивная мысль, что в Ферраре вряд ли встретят его приветливо, раз туда вернулся муж Лукреции, — все это понудило его остаться в Венеции и написать, чтобы ему выслали его книги. Стало ясно: он останется там надолго. Он заверил ее, что «будет верным Гелиотропом, для которого она навечно останется солнцем».
Бели вдруг ощутите в ушах Ваших звон, то это значит, что я общаюсь со всеми темными силами, ужасами и слезами Вашими или пишу о Вас то, что прочтут через сто лет после нашей смерти.
Начиная с середины лета и всю осень 1503 года в Ферраре бушевала чума. Те, кто побогаче, уехали из города. Эсте со своими свитами разъехались по загородным виллам. Бедняки и
Тем временем в Риме произошло событие, вызвавшее серьезные последствия для Чезаре, Эсте и самой Лукреции. В ночь на 17 октября, через двадцать шесть дней своего правления, скончался добрый, но слабый физически папа Пий III, который благоволил Чезаре и покровительствовал ему. 8 октября, в день своей коронации, он назначил его капитаном и гонфалоньером Церкви. Чезаре готовился уехать в Романью, когда его враги — Орсини, Хуан Паоло Бальони и Бартоломео Альвиано[43] — собрались в Риме. Даже Колонна присоединился к ним. Чезаре попытался бежать, но Орсини узнали о его планах, и после яростной борьбы Чезаре вынужден был вернуться в Ватикан. Но и там не чувствовал он себя спокойно, так как Орсини и их приспешники носились по Борго с криками: «Убьем еврейскую собаку!». Под защитой кардиналов и смотрителя замка Святого Ангела, сторонника Борджиа, Чезаре бежал через подземный ход к замку вместе с маленькими мальчиками — Родриго Бисельи, Джованни Борджиа и двумя своими внебрачными детьми. Два дня спустя Пий скончался, а Чезаре в безвыходном положении оставался в замке Святого Ангела. Новость о трудном положении Чезаре повлекла за собой крушение его государств в Романье. К концу месяца у него осталось лишь несколько городов и замков. В Риме он все еще надеялся путем подкупа заручиться поддержкой испанских своих кардиналов и на конклаве избрать нового папу. Увы, имелся только один кандидат — пожизненный враг Борджиа, Джулиано делла Ровере.
1 ноября 1503 года Джулиано стал папой и взял себе имя Юлий II. Чезаре заключил с ним соглашение, но долгосрочный прогноз взаимоотношений был неутешительным. Джулиано делла Ровере было шестьдесят, когда он взошел на папский престол, добившись цели, к которой стремился всю жизнь. О нем говорили, что у него душа императора, величественная осанка и властные манеры. Этот вулканического темперамента человек действовал с исключительной энергией. Он был подвержен приступам ярости, особенно если их подогревало вино. Гвиччардини написал, что он от природы отличался тяжелым характером и в обращении с людьми был суров, долгую свою жизнь провел в неустанной деятельности, постоянных интригах, при этом обрел и ярых врагов, и верных друзей. Венецианские послы — Липпомано и Капелло — говорили о нем как о человеке на редкость умном, но горячем: «Невозможно описать, каким сильным и страстным, и трудным человеком он является. Великан — и телом, и душой». У него была репутация человека, умеющего держать слово, ему верили даже Борджиа. но на деле он был хитрым, готовым на все ради достижения цели. Чезаре сильно его недооценил. Наблюдательный, как всегда, Макиавелли заметил: «Он не любит Валентинуа, но тем не менее держит его при себе, во-первых, в знак признательности за папство, во-вторых, как полагает Его Святейшество, с герцогом [Чезаре] ему легче противостоять Венеции».
