Лукреции и в самом деле понравился неожиданный поступок жениха, она расценила его как романтический жест со стороны Альфонсо, который до сих пор демонстрировал недовольство из-за навязанного ему брака. Он был на четыре года старше нее, родился в Ферраре в 1476 году и являлся старшим сыном Эрколе от герцогини Элеоноры. Назвали его Альфонсо в честь прадеда по материнской линии. Современник, биограф и личный секретарь Бонавентура Пистофило описывает его внешность: «высокий, с продолговатым лицом, вид серьезный и важный, настроен скорее меланхолично и сурово, нежели весело и счастливо». Судя по портрету на медали, отчеканенному к его свадьбе, лицо его несколько тяжеловато, и — что необычно для того времени — у него нет бороды. Человеком он был неразговорчивым, себе на уме. но, несмотря на внешнюю сдержанность, способен был на сильные эмоциональные реакции. Его отличала физическая сила, он был хорошо сложен, физические упражнения доставляли ему удовольствие, он, например, занимался греблей, плавал в озере в парке при феррарском замке (зимой он устанавливал лодку на полозья и катался по льду), играл в джидоко (итальянский теннис того времени). Охота была его страстью, как и большинства современников. Он хорошо разбирался в оружии, лошадях и птицах. В красноречии и придворных манерах отцу своему он уступал, зато отличался природной храбростью и был настоящим командиром. Все эти качества сослужили ему хорошую службу во время войны, обрушившейся в скором времени на Феррару. Он был вдовцом: его первая жена, Анна Сфорца, умерла при родах в ноябре 1497 года. В то время, по свидетельству феррарского хрониста, Альфонсо вследствие сифилиса был так обезображен прыщами, что не смог даже прийти на похороны жены. Он всегда любил компанию блудниц и гуляк. Несмотря на отсутствие интереса к литературе и гуманитарным наукам, от отца он унаследовал страсть к музыке и архитектуре. Отлично играл на альте. Проявлял интерес к коллекционированию античных вещей и был меценатом Беллини и Тициана. Альфонсо освоил ремесленные навыки: научился работать на токарном станке, построил в саду литейную мастерскую, где отливал бронзу и собственными руками изготавливал пушки. Его вполне можно назвать искусным артиллеристом. Делал он также вазы и блюда из терракоты и пользовался ими в быту. Разбирался и в хитросплетениях внешней политики и с ловкостью опытного лоцмана вел свой корабль-герцогство через опасные подводные течения межгосударственных отношений. Он не любил толпы, но был добр к домочадцам. Скорее всего, он не был тем человеком, к которому инстинктивно потянуло бы Лукрецию. Вряд ли Лукреция сохранила верность ему, а он — ей, однако во все годы брака супруги питали друг к другу взаимное уважение, и по меньшей мере со стороны Альфонсо чувство это переросло в глубокую любовь.
В Риме тем временем Александр тревожился, насколько хорошо обращаются с Лукрецией новые родственники. Бельтрандо Костабили, феррарский посол, оставшийся в Риме для завершения переговоров с Александром, сообщил Эрколе о разговоре его с папой: «Папа прослышал, что дон Альфонсо избегал исполнения супружеских обязанностей с первой своей женой. Понтифик будет очень раздосадован, если Альфонсо не разделит ложе с герцогиней Лукрецией…» Так как первая жена Альфонсо умерла при родах, то эта трагедия может вызвать у него старый страх и он не совершит консумацию брака. Это же беспокоило папу и при женитьбе Хуана Гандийского. Возможно, он подозревал, что Эсте попытаются по этой причине расторгнуть брак, как и сам он проделал с Джованни Сфорца. Беспокойство о благополучии Лукреции в ее, по сути, насильственном браке не оставляло понтифика. Три дня спустя в беседах с Костабили о Ченто и Пьеве Александр, «разговаривая о связях своей семьи с Эсте, заявил, что если они будут хорошо обращаться с герцогиней Лукрецией, он постарается найти способ сделать их великими…»
В конце концов Лукреция и Эсте поехали все же в Феррару не по суше, а по воде — в роскошном буцентавре, пожалованном им Эрколе. Неудивительно: обычно в этой местности передвигались по реке. Система рек и каналов связывала в те времена крупные города Ломбардии — Эмилию, Венецию, Болонью, Модену и Ардженту. К большинству своих вилл семейство Эсте добиралось из Феррары по воде. Река По являлась главной водной артерией Северной Италии. Буцентавр был оснащен мачтой с парусом и веслами. По мелководью судно тащили лошади. На корабле имелось несколько просторных кают, увешанных шпалерами и картинами (здесь потрудились большие художники).
Послы нервничали, так как необходимо было уложиться в расписание, запланированное Эрколе. Наследующий день до рассвета им удалось отправить своих подопечных.
