— Душа есть у всех и в ней много напичкано разного, и даже если ты видишь темную сторону это не значит, что он состоит из одной тьмы. Добро и зло — две стороны одной монеты. Достаточно ее просто подбросить в воздух, и она может упасть неправильной стороной.
То, что он говорил, не имело смысла, но его слова насторожили девушку.
— Твои ли это речи? — хмыкнула Ари. — Ты мог бы будучи Императором принять другую сторону своей монеты и образумить своих… собратьев. Или ты просто на словах император не имеющий власти?
— На тот момент я им не был. Но у меня были отец, мать и два брата.
— Не они ли спали в тех капсулах? Высшие?
Гарркаа'нака'аши выдавил из себя немеющими губами с величайшим трудом, — Все умерли.
Ари резко отвернулась и вновь услышала его тихий, глухой голос, — Я не забирал твои воспоминания. Ты осталась жива и насколько я вижу и слышу, к тебе все вернулось, — и быстро заговорил, наблюдая как ее глаза потемнели от гнева. — Моя мать! Вы убили ее! — крикнул отчаянно и отвернулся, сжав кулаки, а потом снова вскинул голову смотря на Ари. — Если бы можно было вернуть ее к жизни, я бы пожертвовал не только честью, именем и семьей, я бы отдал душу и посмертие. Но тебе этого не понять. Ты считаешь нас паразитами. Она была любимой и любящий матерью, и просто самым лучшим другом.
Ари смотрела в его глаза и молчала, но по дрожи желваков на его скулах можно было догадаться, что он прикидывается равнодушным, ему очень тяжело, почти невыносимо. Ари пораженно уставилась в его глаза. Ему больно? Он не имел право испытывать эмоции. Не такие.
— И чтобы думать и мыслить, как сейчас, мне потребовался не один век, — его глаза были совершенно пустыми.
Ари мельком заметила, что все в полной тишине и с напряжением следили за их разговором, и переводили взгляды с твари на нее. У многих Ари видела ошеломленные выражения лиц. Никто не предполагал, что тварь могла испытывать эмоции и что у него могли быть родные. Жрец крепко сжал посох в руке наблюдая за Гарркаа'нака'аши и старца одолевали противоречивые чувства, ведь их лунных тоже считают Злом, а тварь оказалась Разумной, но девушка могла быть права в том, что он принимал образы и мысли выпитых им людей.
Мысли присутствующих и тишину прервал голос Ари, — Но ты бы это сделал, как и с теми, образы которых ты надеваешь, просто я не попалась на твоем пути. В той пещере я видела твой взгляд, и ты готов был нас всех уничтожить, даже и не скрывал этого. И этот твой образ молодого парня… а он ведь мог жить… Кто он дракон или маг? Или просто человек? Молчишь опять? — Ари прищурилась, заметив эмоцию в его глазах. — Ты обрек их на смерть ради своего обычного голода.
— Я могу извиниться за это, если ты хочешь.
— Ну разумеется, — произнесла Ари насмешливо-язвительно и даже не улыбнулась. — Но ты совершенно не чувствуешь вины.
— На тот момент была война и в любой войне есть потери. Мы сражались за выживание. И порой платили ужасную цену. Поверь мне, я знаю. Но пока мы дышим, мы поднимаемся из пепла и сражаемся вновь. — Его слова сопровождались смертельным спокойствием.
— Великолепное выступление, сразу видно борец активист! Да ты патриот, — усмехнулся Крэй.
Император Гарркаа'нака'аши отвел глаза пренебрежительно оглядывая готовых к бою магов. Его ухмылка превратилась в презрительную усмешку.
— Да. Патриот своего мира, как и ты своего! — его глаза потемнели от гнева.
— Тише, тише, парень! — терпеливо успокоил Крэй наблюдая как черная тень полыхнула и исчезла с лица Твари. — То, что ты патриот — это достойно. Признаю, за это уважаю любого, кто бы передо мной не стоял.
Гарркаа'нака'аши смерил его воинственным взглядом.
— Я хочу быть свободным, — тихо сказал он.
— Свободным становятся, когда умирают, — усмехнулся Крэй чуть наклонив голову и рассматривал его словно видел впервые.
— Арина, — позвал ее мягко Гарркаа'нака'аши, но ей показалось, что он это прокричал. Ари поднялась и медленно, очень медленно сократила расстояние между ними и остановилась на незначительном расстоянии. Семеро мужчин как по команде встали позади девушки, взгляды несколько пар глаз настороженно остановились на Твари. Ари чувствовала, как они одновременно концентрировали волю, очищали разум, готовясь к магической схватке, рядом словно щит стоял Сэтан, у ног Неси, Крэй оказался слева. — Я хочу, чтобы вы признали меня.
Ари смотрела на красивого мужчину, но видела Тварь. Он убил стольких невинных только из-за своего голода, сумасшедшего голода. Арина очень отчетливо помнила все, что происходило с ней в тумане. Такие как он не просто убивали, нет, это были самые изощренные способы. Но самое ужасное было потом, они разделывали своих жертв медленно выпивая каждое воспоминание, чередуя их, смакуя и наслаждаясь ими.
— А в пещере… я только пробудился и потерял свою истинную суть, поэтому образ мальчика был для меня прост.
— Ты выпил ребенка! Я и правда ненавижу тебя, — зло выкрикнула Ари.
— Тот ребенок… я забрал только его воспоминания и его образ, и он остался жив… но это было очень давно… настолько давно, что я стал забывать.
