Реджи склонила голову, — Я бы не сказала… но ты очень похожа на них.
— Я жила на границе с лунными, и когда обнаружила у себя дар, то пришла поступать в академию.
— Как интересно, — присела она на табурет.
— Мама, — с укоризной сказал Дар, — Арина учиться у нас.
— Крэй взял под свою опеку? — похлопала она ее по руке. Ари не успела ничего ответить, как Реджи воскликнула: — Ну что ж, сейчас принесу еду, отдыхайте, — поднялась она и с врожденным изяществом лавируя между столиками, подошла к одному из посетителей.
— Сейчас все отцу расскажет, — улыбнулся Дар.
Ари успела лишь издать неопределенный звук, как кто-то заиграл на музыкальном инструменте. Зазвучала более быстрая мелодия, и Ари услышала, как вдруг запела Реджи да так, что у Арины округлились от изумления глаза. И дело было не только в голосе, хотя он поражал своей серебристой чистотой, но и в непринужденности, с которой она вдруг запела на публике. В песне рассказывалось об умирающей на чердаке старой деве, о ее судьбе, которая, судя по взглядам всех мужчин в таверне — от мальчишки лет десяти до похожего на скелет древнего старикана, и самой Арины, не грозила ни в коем случае.
Все дружно начали подпевать, и краны с пенным напитком заработали энергичнее.
Ари подняла свой бокал, который поставили перед ней, надеясь, что сделала это непринужденно, будто часто сидит в тавернах, где со всех сторон льются песни, а мужчины, похожие на произведения искусства, подмигивают ей, и обнаружила, что ее бокал полон. Она нахмурилась, поскольку не собиралась пить средь бела дня, поэтому она пожала плечами и решила только пригубить, чтобы не обидеть хозяев.
Дверь за стойкой, вероятно, ведущая в кухню, снова распахнулась. Ари понадеялась, что на нее никто не обращает внимания, поскольку опять вытаращила глаза. Похоже, это начинает входить у нее в привычку. Появившийся в зале мужчина словно только что покинул съемочную площадку фильма о благородных рыцарях, спасающих королевства и прекрасных девиц. Он явно чувствовал себя легко и свободно, был высок и худощав. Довольно длинные каштановые волосы, падали за спину. В голубых глазах искрилось веселье. Губы, как и у Дара, были пухлыми, чувственными, а нос искривлен самую чуточку, ровно настолько, чтобы избавить мужчину от тяжкой ноши совершенства. Заметив на его правом ухе ссадину, Ари поняла, что это и есть Шон отец Дара, не так уж ловко увернувшийся от последней тарелки своей супруги. Он поставил перед клиентом полную тарелку, затем вдруг одним молниеносным движением схватил Реджи, развернув лицом к себе — Ари затаила дыхание — и закружил в каком-то сложном танце.
«Что же это за люди, которые только что свирепо ругались и вот уже танцуют, весело смеясь, в переполненном таверне?» — изумилась Ари. Посетители засвистели, захлопали в ладоши, затопали. Они танцевали так близко к Арине, что она почувствовала ветерок, поднятый кружащей парой. Когда музыка смолкла, Реджи и Шон обнялись и глуповато улыбнулись друг другу.
Чмокнув жену в губы, Шон обернулся и с интересом взглянул на Арину.
— Ну, и кого же мой сын привел к нам?
— Это Арина, она маг и входит в наш отряд, — объяснил Дар. — А это мой отец Шон.
— Приятно познакомиться, — кивнула Ари.
— Ну что ж, обедайте, а ты Дар потом зайди ко мне.
— Хорошо, — накинулся парень на еду, когда Реджи заставила их стол тарелками из разных блюд.
Ари с любопытством поглядывала на Дара, — У тебя очень дружная семья.
Дар улыбнулся, — Мои родители истинная пара. Отец черный дракон, а мама лазурный, из-за ранения отец не может работать на границе, они вот уже как пятьдесят лет осели в деревне, и открыли свою таверну. Да и ко мне ближе. Им повезло встретить друг друга, — Дар продолжал поглощать еду, а вот Ари застыла.
— А, как вы узнаете свою истинную? — осторожно спросила девушка, вдруг это личное и она не имела право спрашивать, все же это не Эйтан, который отвечал на ее вопросы предельно открыто и честно.
— Отец говорит, что внутренний дракон спит пока не встретит свою пару. А когда встретит, то пара оборачивается в драконов и видит свою истину. Мы знакомимся с девушками, общаемся, но должно возникнуть чувство заинтересованности, притяжения, мы можем любить человеческой любовью всю жизнь, но любовь драконья она иная… когда мой отец познакомился с мамой у них сразу возникло притяжение друг к другу, они все время хотели быть рядом, видеться, постоянный телесный контакт, то за руку держать, то обнять, для нас важны прикосновения, запахи, но именно истинную видит дракон. Мои родители в обличье драконов сразу это поняли, но вот сказать это невозможно. Мама говорит, что я пойму это, когда ее встречу, и должны проявиться некие символы, когда пара драконов… — он запнулся, — …уединяется, — парень взъерошил волосы от смущения, и немного резко проговорил, — это очень интимно и не для твоих ушей, нужно быть драконом, чтобы это понять. Ты не поймешь.
