Нир что-то недовольно пробурчал, но тоже прижал меня к себе покрепче. М-да, фееричное возвращение у меня получилось. Нужно как-то уже осознать, что он – неотъемлемая часть моей жизни и постараться её тоже для него немного поменять. Главное, чтобы не нахватался у Эрдана приёмчиков общения с парой. У меня от приторности его любви зубы иногда сводит. Хотя… это я обычно была чёрствая как сухарь, а теперь… может даже понравится.
Дальше я с невозмутимым видом в сопровождении Нира и Элики, в голову которой и пришла блестящая идея позвать пару Эрдана, прошла по коридорам общего дома до своей комнаты. Там мы с Ниром оставили кошку за дверью, поставив задачу найти для него одежду, а сами снова остались наедине.
Чтобы не переводить разговор опять в горизонтальную плоскость (хотя ужасно хотелось сделать именно это), я отошла к окну, кивая ему на постель и предлагая тем самым присесть туда. Но Нир поморщился и остался стоять на месте. Видимо, остались не самые приятные воспоминания от последнего его тут нахождения.
Вздохнула.
– Думаю, пришло время нам с тобой обсудить всё, – оперлась попой на подоконник и развернулась к нему. – Наверное, ты уже понял, что тот волк – мой истинный. А ещё… что истинным мне может стать чуть ли не первый встречный, кому я позволю поставить себе метку.
Он чуть опустил голову, а на его лице заиграли желваки. Понимаю. Не самая приятная информация.
– Я расскажу тебе больше, когда у нас будет на это время. Но сейчас о главном. Ты мне нужен. И с огромной долей вероятности именно ты – тот, кто предназначен мне в пару судьбой. Настоящий. Если я не ошибаюсь, а я вряд ли ошибаюсь, то мы получим этому подтверждение. Мой дар… то притяжение, которое я вызываю у каждого оборотня мужского пола (хотя я назвала бы его проклятьем), немного трансформируется. Ты это почувствуешь сам, если поставишь мне метку…
Нир нахмурился. Очевидно, ему не нравился деловой тон, с которым я всё это говорила. Но я уже натворила столько всего, руководствуясь своими эмоциями, что теперь боялась снова ошибиться. Хотя и нервировать его дальше – свинство. Поэтому плавно подошла ближе и, подняв его руку, потёрлась о неё щекой.
– Ты нравишься мне и сам по себе. И я обещаю, что не позволю больше себе носить ни одну метку, кроме твоей. Ну и той, что уже есть…
И всё же ему явно что-то не нравилось. Только как понять, что теперь? Тут он указал на меня, а потом на себя и посмотрел вопросительно.
– Я не умею читать мысли. И не понимаю твой вопрос… Но мы научимся как-то общаться. Обещаю. Хотя надеюсь, что эта необходимость отпадёт скоро и ты сможешь разговаривать…
Я снова отвернулась. Слов казалось слишком мало. И ещё казалось, что они не те. Не то я должна говорить ему после всего. Не так. Но я не умела общаться иначе. Понежничать с ним в постели было проще, чем просто общаться.
Нир обнял меня сзади, укладывая подбородок мне на плечо.
– Рина, – позвал и поцеловал в щёку.
Улыбка появилась на моих губах сама по себе. Я её не планировала. Но не смогла бы удержаться.
– Знаешь… Моя волчица сходит с ума от твоего голоса, – призналась и застыла. Замер и он.
Вот это признание получилось. Вот это молодец, Рина, чтоб меня. Нашла что сказать ему. И главное, как вовремя…
Медленно обернувшись, я увидела изумлённые глаза Нира. Видимо, когда он слушал, что я могу быть истинной для любого, не думал о том, какая у меня сущность. Однако по его лицу сказать, насколько он расстроен, не получалось. Да он и в принципе не выглядел расстроенным, скорее именно удивлённым.
– Тебе не неприятно?
Я впервые готова была услышать от мужчины, что ему во мне что-то не нравится, понимая, что после этого не развернусь и не уйду навсегда. Но Нир покачал головой отрицательно. А потом провёл пальцем от ямки между моими ключицами чуть вниз до груди и легонько постучал.
У меня как камень с души упал.
– Познакомиться хочешь?
Ответом стал кивок.
И если раньше я думала, что ему не понравится это открытие, то теперь, когда видела, что он не испытывает негатива, перестала волноваться вовсе. Обращаться перед ним больше не было страшно. Ни капли сомнений, что он не причинит ей вреда, не было. Нир слишком добрый. Настолько, что готов принять меня кем угодно… Хотя мне всё ещё сложно верить в такое.
Отошла на полшага и обратилась, не дожидаясь, пока волчица внутри изведётся от волнения. Но она сразу же сделала ещё пару шагов назад от него. Принюхалась.
Нир присел на корточки и протянул ей свою большую ладонь. Не догонял, не хватал, чтобы не пугать. И конечно же сработало. Ну и я изнутри подталкивала её к нему.
Вообще-то наверное знакомить их было не самой удачной идеей. На моей родине так было не принято – показываться паре в обличье другого вида. Но она так много думала о нём, так боялась его неодобрения, что мне хотелось и ей дать почувствовать, что он у нас хороший.
К тому же волчица продолжала оплакивать свою связь с волком. Ей это давалось непросто. Она почти не чувствовала больше притяжения к нему, и даже была рада этому. Но всё же нервничала и боялась. А тут наш славный Нир…
