Конечно же она потянулась к нему носом, хотя и пригнулась, когда он первый раз погладил её по лбу. Когда же Нир продолжил аккуратно массировать уши, разомлела, подобралась поближе, подставляясь под ласку.
О, она была в восторге. От того, какой он осторожный с нами. Какой весь терпеливый и толерантный. Какой добрый. И она то и дело лизала его руки и виляла хвостом, показывая, как сильно он ей нравится.
Нир же выглядел до сих пор сильно впечатлённым. Наверное, раньше он не видел так близко других зверей, кроме ирбисов. В лаборатории было явно не до того, да и там порой вообще не было понятно, кто есть кто. Сейчас же он как ребёнок трогал её, рассматривал, а потом поцеловал прямо в мокрый нос. Волчица, была бы послабее, упала бы в обморок. Хотя обычно у оборотней такого не случается, но она сейчас была слишком счастлива, чтобы думать, что можно делать, а что нет. И уж как она к нему ластилась!
Эти двое так сильно тянулись друг к другу, что я внутри невольно начала ревновать. Со мной Нир тоже ласковый, но прямо сейчас казалось, что с ней он более мягок… Поймав себя на таких мыслях, взяла себя обратно в руки. Совсем размякну с ним. Уже вон придумала испытывать ревность к своей второй сущности… Тут не к месту всплыли вопросы, а почему это он так не торопится с меткой? Помнится, когда я привела его впервые в свой кабинет и он пошёл со мной в душ, собирался взять меня прямо там. Теперь с волчицей вон играет. А со мной играть не торопится…
Всё же не выдержала и обернулась обратно. В этот момент волчица прижималась к нему, а Нир обнимал её, поэтому оказалась прямо в его крепких объятиях обнажённой. И когда наши глаза встретились, сладко поцеловала.
Ладони Нира заскользили теперь уже по моему телу. Одна из них чуть сжала ягодицу, другая заставляла прижиматься к нему грудью, прогибаясь в спине.
На мгновение подумалось, что мы вообще-то на полу, где он только что целовал мою самочку, а сейчас мы уже люди, и можно бы перебраться на постель. Но как эта мысль появилась, так она и исчезла. Да и будешь разве тут размышлять, когда с ягодицы его рука спустилась ещё немного, сзади касаясь моих влажных от возбуждения складочек. Я застонала, выпрашивая ласки, и Нир опустил меня на пол окончательно, сам нависая сверху.
Чтобы показать ему, что я готова на большее и не отказываюсь от своих слов о метке, провела ладонями по его рельефному торсу, подбираясь к штанам. Затем выпустила когти и дорвала то, что Эрдан не дорвал раньше, а потом (конечно же, втянув когти обратно) обхватила обеими руками его твёрдый, крепкий член.
Хотя Нир совсем недавно доводил меня до оргазма, и не одного, сейчас казалось, что секса у меня не было минимум полгода. От желания ощущать вот эту его твёрдость внутри я плавилась. И продолжая целовать его, скрестила ноги за его спиной, притягивая к себе ближе. Где-то там на периферии сознания одновременно и радовалась, и боялась нашей близости волчица. Но мне было уже не до того. Я в красках представляла, как Нир будет медленно растягивать меня изнутри, толкаясь всё глубже. Отчего-то казалось, что он станет делать это медленно. Во всяком случае в наш первый раз.
Я едва не кончила, когда он обхватил губами мой сосок, втягивая его в горячий рот, и одновременно потёрся головкой члена о мой клитор. Выпускать его из рук не хотелось, конечно, но в таком положении держать было невозможно, поэтому теперь я цеплялась за его плечи и толкалась навстречу бёдрами от нетерпения.
Но Нир кажется мстил мне за все те годы, что я его не замечала и мучила своим безразличием. Нарочито медленно он водил влажной от моих соков головкой от лобка вниз к самому входу, чуть надавливал на него, а когда я стонала от удовольствия и пыталась насадиться на него, снова отстранялся, вырывая из моих губ разочарованные вздохи.
Раз на пятый у меня от досады уже разве что дым не шёл из ушей. Я извивалась под ним, жалобно постанывала, гладила, целовала, выпрашивала всем своим видом и уже даже словами просила, но Нир продолжал меня мучить.
– Да трахнешь ты меня уже или нет?! – не выдержала, впиваясь в его плечи ногтями.
В глазах Нира мелькнули смешинки и какое-то удовлетворение. Видимо, это и правда был воспитательный процесс. И пусть я заслужила, но это было слишком жестоко.
И когда он уже протиснулся в меня на какой-то может сантиметр, а я уже размечталась, что сейчас войдёт на всю длину, в дверь постучали.
– Занято! – рявкнула явно не к месту, но тут же забыла про это, и пока Нир не передумал, двинулась ему навстречу сама.
Гори оно всё синим пламенем! Если он сейчас же меня не возьмёт, я повалю его на пол и возьму сама. А того, кто только попробует помешать, посажу в клетки на веки вечные.
Но попробуй сделать с Ниром то, что он не хочет. Как бы сильно я не была зла, что кто-то пытался нам помешать, а сам Нир вообще не торопился приступать к главному, но всё же разница в комплекции есть разница в комплекции. Если уж он на равных сражался с Эрданом, то куда мне пытаться противостоять ему.
