Сразу после образовавшихся беззаконников, в Васмиор были направлены проверки торговых компаний. Из прочитанного следует, что проверку никто не прошел, по той простой причине, что к тому моменту, когда в королевство прибыли проверяющие, компании перестали существовать. В городах образовались весьма странные альянсы. Торговля стала подпольной, только для своих, чтоб лишить всех угнетателей не только продовольствия, но и красочных одежд, без которых столь благородные персоны представить себя не могут.
Я переворачиваю страницу и не могу сдержать улыбку от следующих новостей.
Один из крупных городов, когда-то давно, еще до завоевания был столицей нашего королевства. И несмотря на название, был очень красивым, к сожалению, я знаю это из прочитанных книг, которые нашел для меня господин Фирай, а потому и подробного описания дать не могу. Все книги о Васмиоре, написанные савирийцами после нападения, выглядят нищими на язык и описания, авторы будто бы пытались скорее отделаться от работы, не предавая значения архитектуре, культуре, стилю городских парков и обустройству речных долин. Но это важно! Хотя бы потому, что в долинах селились не какие-нибудь невежды, это была привилегия исключительно аристократов. Почему так? Вот в Савиране в долинах разрастаются деревни, словом, обычная сельская жизнь произрастает и не несет за собой ничего интересного. В Васмиоре в долинах располагались резиденции очень и очень древних родов. Господин Фирай прибывает в том почтенном возрасте, когда может вспомнить королевство во времена, когда моя мама только родилась, случалось так, что ему по долгу службы приходилось ездить из одного королевства в другое, и Васмиор не стал исключением. Он вспоминал, что в подобных резиденциях жили постоянно, а не как предполагалось в одной из книг, – от случая к случаю. Более того, все рабочие, слуги, няни и многочисленные гости, практически постоянно живущие вместе с хозяевами, располагались в отдельных комнатах или покоях (зависело от статуса). Как считает господин Фирай, это говорит нам о том, что васмиорцы предпочитали удаленную от шумного города жизнь, они собирали всех самых нужных людей вокруг себя и были вполне счастливы. Такие обширные дома и примыкающие к ним хозяйственные дворы сами были как небольшие города, а потому очень быстро обзаводились собственным названиями, более новыми постройками, ведь в каждом городе, даже в самом маленьком, всегда случается пополнение. Кого-то семьи принимали в свои владения на работу, у кого-то рождались дети. Так или иначе, резиденции расширялись и достаточно быстро.
Савирийцы, придя на нашу землю, поначалу баловали себя красивой жизнью в долинах, подумывали обосноваться там, но потом передумали и сравняли с землей обособленные «города». Сейчас в тех местах, скорее всего, природа взяла свое.
Следующая новость с головой окунула меня в мрачную действительность. Очень многие, оставшиеся без крова, без родных, те, кого эта борьба задела прежде всего, просят убежища у королей севера и востока, – в Рэйморе и Танетхоффре.
Принц не пожалел эмоций для меня на сегодняшнюю ночь. Перелистывая листы, переходя от одного известия к другому, я то улыбалась, то хмурилась, то давила слезы. Иногда горько посмеивалась, не представляя, как все это уложить в голове и не сойти с ума.
Одно из последних таких известий, заставило мое сердце сжаться. Принц долго описывал нанесенный васмиорцами ущерб во всех четырех городах, а после просто закончил тем, что солдаты, поддавшись присущей всем бунтам жестокости, реагируют на любые всполохи весьма агрессивно. Количество жертв этой бессмысленной (по мнению автора написанного) возни растет. Вот только подсчет жертв ведут, считая савирийцев. Мой народ для принца, видимо, не нуждается в подсчетах. Сотней больше, сотней меньше, какая разница?!
Я уснула в кресле в той позе, в которой читала документы, отданные мне принцем, уснула, неудобно изогнув шею, беспокойным тревожным сном. Мне снилась мама, она улыбалась и держала за руку Кейдру в образе пятилетней девочки. Помню, что очень хотелось остаться рядом с ними в том месте, где спокойно, умиротворенно, где никто не воюет, не уничтожает друг друга и не ведет тайные заговоры.
В другом сне к маме и Кейдре добавился Тео, его улыбку искажали кривые зубы, запачканные кровью, он медленно приближался ко мне, занеся над головой кинжал, а я только и могла переводить взгляд с мамы на поблескивающее от солнечных бликов лезвие, мамина улыбка меркла с каждой секундой, пока не переросла в гримасу, полную боли и страданий. Вместе с ее улыбкой померкло и солнце, маленькая Кейдра зычно зарыдала, падая на колени.
– Сдохни, – прорычал Тео, всаживая мне в грудь острие кинжала и засмеялся, прокручивая и вынимая лезвие.
