Я ощущаю, как в животе становится очень тепло. Он улыбается и притягивает меня к себе.
– Кстати, – начинает Руми. – Многие иллюстрийцы остались ночевать в свободных комнатах и внутреннем дворе. Большинство решило дождаться коронации принцессы Тамайи. Она выступила с прекрасной речью о том, как хочет с их помощью объединить Инкасису.
Но удалось ли их убедить? Иллюстрийцы провели многие годы в ненависти к лаксанцам и мечтах о возмездии. Принцессе Тамайе еще предстоит долгая битва. Ей понадобится много времени, энергии и силы воли, чтобы объединить нашу страну.
Я останавливаюсь.
– Можно с ними увидеться?
Руми улыбается и мягко увлекает за собой.
– Конечно. Поэтому я и сказал тебе, балда.
Я корчу гримасу, а он лишь смеется. Впереди виднеются двери тронного зала, и я невольно напрягаюсь. Двое стражников открывают их перед нами. Когда я прохожу мимо, они салютуют и широко улыбаются, увидев парадную процессию моих зверей. Лама выплевывает шерстистый шарик в одного из них.
В конце зала сидит принцесса в роскошной золотой диадеме. Ее темные волосы свободно спадают на плечи. Увидев меня, она вскакивает с трона.
– Химена Рохас, – приветствует Тамайя, широко улыбаясь. – И компания.
Руми передает мне ленивца и легонько подталкивает вперед. Пока я иду к трону по длинному проходу, все лаксанцы и иллюстрийцы опускаются на одно колено, и мне кажется, что сильнее покраснеть невозможно. Я уже как спелый помидор. Принцесса спускается по ступеням и обнимает меня, стараясь не придавить зверька в моих руках. Смеясь, она поправляет слегка покосившуюся диадему.
– Удивительная магия, – говорит Тамайя, ощупывая лунную нить.
– Ты лучше.
– Думаешь? – спрашивает она, склонив голову. – А может, каждая из нас уникальна и прекрасна сама по себе?
– Пожалуй, – с улыбкой отвечаю я.
Но я понимаю, что она имеет в виду: на самом деле мы никогда не соревновались.
Ее взгляд падает на ленивца.
– Познакомь меня со своим
– Это ленивец. Тот еще соня.
–
Каталина стоит у ступеней в окружении стражников и демонстративно отворачивает голову. К горлу подступает комок.
– Химена, – начинает принцесса. – Ты спасла мне жизнь – ты и эти удивительные создания, – и я навеки твоя должница. Я никогда не смогу достаточно отблагодарить тебя. Ты и твои звери можете жить в замке сколько захотите.
–
– Для меня будет большой честью, если ты присоединишься к королевскому совету.
Сидеть и болтать весь день? Я строю гримасу.
– Если честно, я бы лучше открыла магазинчик в Ла Сьюдад. Я хочу ткать всякие милые мелочи, чтобы люди украшали ими свои дома. Гобелены, сумки, может быть, вещи.
Тамайя удивленно моргает, а потом разражается веселым смехом.
– Идет. Что-нибудь еще?
Я бросаю быстрый взгляд на Каталину. Лицо Тамайи омрачает печальная улыбка.
– Я готова дать ей шанс, – шепотом произносит она.
Герольд вызывает Каталину. Она послушно выходит вперед. С каменным лицом. Избегая моего взгляда.
– Кондеса… – начинает принцесса. – Мне бы хотелось прояснить кое-что. Вы можете ненавидеть меня. Как и любой человек, вы имеете на это полное право. Но сможете ли вы принять меня в качестве будущей королевы? Я не хочу больше продолжать бесконечную войну месяц за месяцем, год за годом.
– Никогда, – гордо вскинув подбородок, отвечает Каталина.
– Тогда вы выпьете чай из листьев коки, – говорит принцесса Тамайя и кивает одному из слуг, стоящих у лестницы к трону.
Каталина пошатывается.
– Нет, – еле слышно шепчу я. –
Я падаю на колени. Каталина никогда не станет умолять о помиловании. А мне не страшно. Она должна жить – иначе у нее никогда не будет возможности измениться. Стать мудрее. Я очень хочу дать ей этот шанс.
Принцесса не торопится с ответом.
– Она действительно так важна для тебя?
Я киваю.
Лицо Тамайи уже не кажется таким умиротворенным, но в конце концов она произносит:
– Хорошо. Я сохраню ей жизнь, но она не сможет здесь оставаться. Каталина, ты изгоняешься в джунгли Яну и будешь отправлена туда сейчас же.
Я ошарашенно смотрю на принцессу. Джунгли?!
– Она не выживет. Ее опекали всю жизнь!
Каталина напрягается, поджимая бескровные губы. Принцесса качает головой.
– Это мое окончательное решение.
Я отворачиваюсь, изо всех сил пытаясь совладать с собой. Чертово упрямство Каталины! Если бы только она могла уступить! Я умоляюще смотрю на нее.
– Каталина… признай ее королевой.
Ее лицо ожесточается.
– Лучше умереть.
– Я могу дать вам минутку, – говорит Тамайя.
– Не нужно. – Каталина круто разворачивается и направляется к выходу в сопровождении стражи. Не попрощавшись.
Двери закрываются, но я продолжаю смотреть ей вслед.
– Зачем же в джунгли?
– Думаю, ей пойдет на пользу, – задумчиво произносит Тамайя.
Если она вообще оттуда выйдет. Какие ужасы ждут ее по пути? Она никогда не оставалась она. Но я больше не должна защищать Каталину. Я больше не двойник. И к сожалению, даже не друг.
