– Прошу, никогда больше не подвергай себя такой опасности, – еле слышно шепчет он. – Пожалуйста… не надо. Нам просто повезло.
От слова «нам» становится очень тепло.
Видимо, мои чувства отражаются на лице, потому что в следующее мгновение Руми опирается на локоть и нежно целует меня в губы. Пульс учащается. Я хочу задать ему столько вопросов – о наших друзьях, о последних минутах битвы, – но мне страшно услышать ответы. Кто еще погиб? Слова застревают в горле, и я беспомощно смотрю на него. Руми понимает все без слов.
– Иллюстрийцы сдались. Но Каталина отказалась признавать поражение. Она в плену в…
Я подскакиваю.
– В подземелье?
Руми мягко тянет меня назад, и я снова откидываюсь на подушки.
– В покоях со стражниками у дверей.
– Расскажи мне все.
Он начинает с момента, когда Суйяна нашла его перед свадьбой.
– Мы не могли сидеть сложа руки и ждать, пока Аток казнит принцессу, поэтому начали действовать по плану. Даже без армии призраков.
– Что она тебе сказала? – спрашиваю я дрогнувшим голосом. – Она жива?
Он кивает.
– Сказала, что ты на нашей стороне. Когда Аток попытался тебя убить, когда ты отказалась выдать меня… я не мог позволить тебе умереть. А потом… ты спасла Тамайю и вступила в бой с кондесой. Я дрался и осознавал, что сделал самую большую ошибку в своей жизни. Когда я передавал тебе меч, мне очень хотелось попросить прощения, но было уже не до этого.
Я помню прикосновение его губ. Его взгляд.
– Я все поняла.
Он прикрывает глаза и кивает, а потом берет за руку и целует в запястье.
– А что потом?
– Я старался помочь как можно большему числу раненых. Мой брат…
Я ласково касаюсь его щеки. Хуан Карлос был и моим другом.
– Так больно за него! Я видела, как это произошло. Ты ничем не смог бы помочь.
Руми зажмуривается. В уголках его глаз выступают слезы. Он медленно вдыхает и выдыхает, пытаясь совладать с собой, и наконец снова решается посмотреть на меня.
– Столько людей погибло… После битвы мы дали Каталине возможность похоронить павших иллюстрийцев.
Я тереблю в руках простыню.
– Сколько погибло?
–
– Сколько? – настойчиво повторяю я.
– Пятьдесят два, – отвечает он, опустив голову.
Я больше не могу сдерживать слезы. Руми смахивает их и крепко прижимает меня к себе. Она никогда не поймет, почему я так поступила, – и никогда не простит.
–
–
Руми издает довольное «хм-м-м-м» и мягко касается губами моей кожи.
Я отстраняюсь и вытираю слезы.
– Что было дальше?
– Умак сбежал, – с досадой отвечает Руми. – Уехал на краденой лошади с кучей денег из сокровищницы Атока. Мне сказали, он направился в сторону джунглей.
Джунглей Яну? Нужно быть сумасшедшим, чтобы добровольно войти туда.
– Но зачем?
Руми пожимает плечами.
– Какая разница? Я больше никогда не хочу его видеть. Убью на месте.
– Думаю, то, что обитает в джунглях, справится с этой задачей не хуже тебя.
– Ох, надеюсь. Теперь остался только суд над Каталиной, – осторожно продолжает Руми. – Тамайя настояла на том, чтобы мы дождались, пока ты придешь в себя. Ты готова? Сегодня?
Я вжимаюсь в подушку и качаю головой. Я не смогу посмотреть ей в глаза.
–
– Как скажешь, – отвечает Руми, нежно глядя на меня.
– Ее казнят? – еле слышно спрашиваю я.
– Не знаю,
Он крепко обнимает меня, и я больше не пытаюсь отвлечься. Надо выплакаться.
Я просыпаюсь в темноте. Рука Руми лежит у меня на бедре. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, и медленно обвожу пальцем его профиль. В свете луны я могу различить лишь его крупные черты, выразительный контур нижней челюсти. Осторожно провожу рукой по его лбу.
– М-м-м-м, – мычит он сквозь сон. – Чего ты вскочила?
– Кажется, кошмар приснился, – шепчу я. – Мы спим в одной постели.
Он приоткрывает один глаз.
– Твой кошмар был об этом?
– Нет. Мне снилась Каталина.
– Конечно, стоило тебя спросить об этом, – зевая, замечает Руми. – В смысле, можно ли здесь спать.
Я улыбаюсь в темноте.
– Можно. Я, правда, немного шокирована, но…
– Я твой лекарь.
Раздается шорох простыней, и он тянется ко мне, чтобы поцеловать в щеку.
– Вдруг я тебе понадоблюсь?
– Конечно, – серьезно отвечаю я. – Ты настоящий профессионал.
– Ты всегда такая болтливая посреди ночи?
– Я переживаю за нее. Где она? Я знаю, она не спит. Каталина всегда читает по звездам, когда не может заснуть.
Руми вздыхает и трет глаза.
– Она на этом этаже.
– Отведешь меня?
Руми снова вздыхает, но затем все же встает и помогает мне выбраться из кровати. Подает халат и надевает на меня сандалии. Берет за руку и ведет в самый конец коридора, где стоят двое стражников.
– Я подожду снаружи, – сонно бормочет он.
Напоследок Руми сжимает мою ладонь и садится на пол, прижавшись спиной к каменной стене.
– Мне нужно поговорить с ней.
Один из стражников кивает.
– Как вам угодно.
