Хуан Карлос непривычно молчалив. Остальные подозрительно поглядывают на меня. Все напряжены и не решаются произнести ни звука, пока я обдумываю слова Руми. Мой ответ чрезвычайно важен для них, я чувствую это.
Крепко зажмуриваюсь.
– Клянешься?
Руми сильнее сжимает мои руки.
– Клянусь Луной.
Распахиваю глаза. Руми буравит меня взглядом. Правление Атока закончится. Можно будет не бояться войны. Тамайя взойдет на трон. Кажется, сделать выбор не так сложно, как я думала.
– Эстрейя спрятана на дне озера Яку.
Руми расплывается в счастливой улыбке и, взяв мое лицо в свои загрубевшие ладони, крепко целует меня. Все вокруг улыбаются и шумно ликуют. Разговоры вокруг возобновляются. Краем уха слышу, как Хуан Карлос обсуждает с кем-то казнь Тамайи. Отстраняюсь от Руми. Он подключается к обсуждению и излагает свой план по спасению принцессы, активно жестикулируя и время от времени бросая на меня нежные взгляды. Но я не слушаю его.
Он не знает, кому на самом деле вверяет свою жизнь. Кем он на самом деле дорожит. Он хочет, чтобы между нами не было никаких тайн, но у меня в запасе есть еще один, самый страшный секрет, который может причинить боль нам обоим. От досады я крепко сжимаю кулаки под столом и вдавливаю их в бедра.
Предательница. Крыса.
Мы выходим на улицу, в прохладную ночь, и не спеша бредем обратно к замку. Луна светит высоко над нами, и ее косые лучи освещают дорогу к моей тюрьме.
Все единогласно решили, что мне лучше оставаться в замке до последнего. До свадьбы осталось три дня. Мятежники уведомят всех, когда Эстрейя будет уничтожена. В одной ладони у Руми моя рука, в другой – рукоять меча. Мы снова в масках, и от этого как будто немного легче подобрать слова. Нет. Не легче.
С каждым шагом трещина в моем сердце расширяется и превращается в зияющую дыру. Мои пальцы в его ладони немеют, но я не отпускаю его: возможно, мы держимся за руки в последний раз. Эта мысль душит меня. Сжимаю свободную руку в кулак. Я не могу позволить нам зайти еще дальше, пока он не узнает обо всем.
– Руми, я должна тебе кое-что сказать.
– Звучит серьезно, – говорит он, немного помедлив. – Это срочно?
Я киваю.
– Ты должен это знать.
Его темно-карие глаза не выражают никаких эмоций, но я подмечаю, как сильно напряжены его плечи.
– Скажи, Каталина.
Я делаю глубокий вдох и выпаливаю:
– Это не мое имя. Меня зовут Химена. Я – двойник кондесы.
Руми отшатывается, будто я ударила его.
– Что?!
– Я не та, за кого ты меня принимаешь.
Несколько секунд он стоит в полном оцепенении, но потом резко ссутуливается, словно пытаясь защитить себя от следующего удара. Я протягиваю к нему руку, но он отшатывается. Молчание растягивается в бесконечность; я стараюсь дышать глубоко и ровно, чтобы удержать нарастающую панику. Сердце отчаянно колотится о ребра.
Руми неотрывно смотрит в землю.
– Объяснись.
– Руми, посмотри на меня.
Он медленно поднимает голову. Я сжимаюсь под его холодным, разочарованным взглядом. Хочется бежать, но я не сдвинусь с места. Он заслуживает знать
– Я двойник Каталины, – говорю я. – С восьми лет. Когда Аток потребовал ее к себе во дворец, мне ничего не оставалось, кроме как пойти вместо нее.
Руми прищуривается.
– Зачем? Чтобы убить короля?
Я закусываю губу.
– Чтобы найти Эстрейю. Но если это будет невозможно, то да. Я собиралась убить короля. Сама.
– Это не все, – вкрадчиво замечает Руми. – Иначе ты бы уже сделала это. Тебя отправили шпионить.
И снова в голове звучат слова Каталины. Предательница. Крыса. Значит, это моя истинная сущность? Я постоянно делаю больно людям, которых люблю.
– Ты не отрицаешь этого, – говорит он. – И тебе удалось заманить Эль Лобо в ловушку. Это твоя большая победа, да, иллюстрийка?
В венах вскипает кровь.
– Пожалуйста, не надо так.
– Надо.
– Руми, – начинаю я, стараясь держать себя в руках. – Я многое переосмыслила. Но я не тот человек, которого вам следовало переубеждать. Каталина ни за что не откажется от прав на трон. Она соберет остатки своей армии к Карнавалу и… Я знаю, ты все равно не поверишь…
– Еще бы, – с демонстративным равнодушием перебивает Руми.
– Руми, послушай меня.
Я снова тянусь к нему, но он отшатывается, и я теряю всякую надежду.
– Я сообщила тебе местонахождение Эстрейи. Тебе, а не ей!
– Ты могла солгать. Возможно, это тоже часть твоего плана.
– Я не лгу тебе, – гневно отвечаю я. – Ты тоже скрывал свою личность.
– Как ты можешь сравнивать свое поведение с моим? Мы оба сняли маски, и я решил, что мы раскрыли все карты, но у тебя все равно был еще один козырь в рукаве! – Он горько усмехается. – Ладно. Это справедливо. Мы оба лжецы. И ты, и я. Поэтому у меня еще меньше оснований доверять тебе. – Он останавливается и добавляет: – И себе.
Только не это: внутри меня вспыхивает яркая, согревающая надежда. А вдруг ему не все равно?
– А знаешь, ты была права, – тихо говорит он. – У нас бы ничего не получилось. Слишком много тайн.
