Я кинулась к нему тут же, опустившись рядом, обнимая его сцепленные в замок ладони. Даже не представляла, что говорить. Я виновата. И гулко стучащее в груди сердце сейчас ныло от чужой невысказанной боли.
— Где ты была? — его голос звучал глухо, и будто совсем без эмоций.
— У Литманиэля…
Арон хмыкнул, подняв на меня воспалённые глаза. Не спал всю ночь, ожидая возвращения блудной девушки. Богиня! Что же я делаю.
— Значит все-таки эльф. Думал сначала ты у этого, который друг детства, — он мотнул головой в сторону двери. — Но его тоже в комнате нет, значит в Академии не ночевал. А тебе выходить запрещено.
Я вздрогнула от этого его прожигающего до самого нутра взгляда.
— Значит нужно было к эльфу в домик идти.
— Арон! — я обхватила ладонями его лицо, прижимаясь к холодным губам. — Ты не о том совсем думаешь!
— А о чем должен думать, когда ты обманом сбегаешь на всю ночь? Тем более пьяная? — он вырвался, оставляя меня стоять на коленях.
— Меня вчера Тоскан поймал. Хотел отвести в комнату, но Литманиэль перехватил. Я проснулась и сразу сюда бежать. — я не знала, как ему объяснить, чтобы не выглядеть подлой дрянью и одновременно не выдать всю подноготную. — Литманиэль мой родственник.
Арон повернулся так резко, что ветром взметнуло волосы.
— Родственник? — он повторил сначала явно не веря, а потом внимательно вглядываясь. — Ну конечно!
Он улыбнулся и у меня немного отлегло от сердца. Не хочу, чтобы он страдал. Но после сегодняшнего разговора с Литманиэлем понимала одно — мне в его жизни не место. Чтобы мы оба не запланировали, как бы он не хотел быть рядом, ничего не выйдет.
И от осознания этого внутри все будто перевернулось. Не выдержав, я кинулась к нему, и повиснув на шее, принялась целовать.
— Прости, прости, прости, — нос, щеки, брови, губы, целовала все, куда дотягивалась, стоя на цыпочках. — Я не должна была говорить о родстве, слышишь? Эта тайна. Но я виновата перед тобой и больше никогда так не поступлю! Не буду пропадать. Обещаю.
Он принялся целовать в ответ, сжимая крепко, но бережно. А я впитывала его тепло сейчас, будто губка, эгоистично молча о скором отъезде. Ведь может все поменяется, обнаружится что-то этому мешающее, мир перевернется вверх дном, наконец. Но прямо сейчас сказать подобное я была просто не готова.
Никогда не думала о будущем рядом с ним, но ведь вполне себе можно представить Арона лет через 5. Я к тому времени закончу Академию, он будет командовать городским отрядом. Картинка была вполне себе четкая, только вот удастся ли оживить…
Отправив Арона переодеваться, я со скоростью, которую от себя не ожидала сбегала в душ и даже успела помыть голову. И очень жалела, что бытовая магия у нас начнется только во втором семестре, потому что отчаянно хотелось иметь возможность одним взмахом приводить волосы в порядок. Кстати про них, я не так давно отрезала добрую половину длины любимым заклинанием, но к утру коса снова достигала пояса. Видимо это теперь мой тяжкий крест до конца жизни!
Арон ждал у двери — собранный и какой-то далекий. Но о чем он сейчас думает, узнавать чревато. Я до сих пор чувствовала себя виноватой, ведь все так же повинна в его бессонной ночи и причиненной боли, хоть и смогла оправдать отсутствие.
Он даже не взял за руку, чем привел в еще большее смятение. Хотелось сделать это самой, но я сдержалась. Он вправе злится и желать находиться подальше. И навязываться — потакать своему эгоизму.
Наша команда уже ожидала на плацу. И потихоньку подтягивались адепты-зрители, занимая лучшие места на трибунах. Пирс осмотрел меня очень внимательно и предложил немного подлечить. Серьезно, без малой толики сарказма.
— Неужели по ауре видно? — я спросила не просто так, потому что дядин отвар вполне себе справился с задачей и головной боли не чувствовала совсем.
— На тебе какое-то хитрое обезболивание, не могу разобрать. Но вдруг спадет посреди соревнования, будешь недееспособна.
Я удивилась, значит Литманиэль не только отваром отпаивал, но и плетением подлечил. Только сделал это незаметно, щадя мое самолюбие.
— Лечи, конечно! Боюсь новой порции головной боли просто не переживу.
Парни как один — хмыкнули, но тему развивать не стали. Мои ж хорошие!
Совсем незаметно собрались все команды. Хотя нас и осталось-то тут всего ничего. Первым делом я посмотрела на Моренго. Очень хотелось убедится в их хорошем самочувствии, сама не знаю почему. И такой интерес незамеченным не остался — капитан мне помахал рукой, белозубо улыбнувшись.
Да-а-а…Я быстро отвернулась, наверняка успев сменить как минимум 2 цвета лица, потому что сначала стало удушливо жарко от стыда, а когда заметила, как смотрит Арон, обдало ледяным холодом.
Хоть вообще по сторонам не смотри, право слово. Но исподлобья я все-таки продолжала наблюдать. Эльфы были, как всегда прекрасны и точно сменили форму. Я понимала, что подробностей сегодняшнего этапа не известно никому, но в голове зудело — они подготовились еще тщательнее. Родар. Вот сдался мне Родар! Смотреть было категорически нельзя, но и удержаться невозможно.
