- Я не смог обнаружить никакого выхода, господин, - быстро ответил зеленый карлик.
Глаза Лугура, когда он вновь повернулся к нам, налились такой лютой злобой, что О'Киф украдкой скользнул рукой по бедру, нащупывая пистолет.
- Лучше говорите правду, когда находитесь перед Йоларой, жрицей Сияющего, и Лугуром, его Прорицателем! - угрожающе вскричал он.
- Это чистая правда, - вмешался я. - Мы шли вдоль туннеля. Там, где он кончался, была вырезана лоза с пятью цветами, - огонь погас в глазах карлика, и я мог бы поклясться, что он побледнел. - Я нажал пальцами на цветочные головки, и дверь отворилась. Но когда мы, пройдя сквозь нее, обернулись, позади нас уже ничего не было, только незыблемая скала. Дверь исчезла.
Я сейчас подыграл Маракинову: если он выкинул из рассказа эпизод с машиной и Лунной Заводью, значит, у него были на то свои соображения, и я тоже повел себя с осторожностью. Кроме того, что-то подспудно предупреждало меня не говорить ничего о предмете, в поисках которого я сюда явился; не упоминать даже имени моего друга, как будто сам Трокмартин настоятельно и властно повелевал мне не делать этого.
- Лоза с пятью цветами? - воскликнул красный карлик. - Не была ли она похожа на эту, вот, смотрите?
Он выбросил вперед длинную руку. В широком кольце, надетом на большой палец, тускло светился голубой матовый камень, на котором был выгравирован такой же символ, что мы видели на розовой стене в Лунной Заводи и с чьей помощью нам удалось преодолеть две преграды. Но поверх лозы находились семь кружков - по одному над каждым цветком и еще два, больших размеров, которые перекрещивались с пятью более маленькими.
- Да, то же самое, - сказал я, - но вот этого не было, - я указал на кружки.
Женщина судорожно вздохнула и пристально уставилась на Лугура.
- Это знак Молчащих Богов, - тихо сказал он, почти прошептал.
Женщина первая оправилась от потрясения.
- Чужестранцы устали, Лугур, - сказала она. - Они отдохнут и покажут нам место, где открылся камень.
Я почувствовал неуловимую перемену, происшедшую в их отношении к нам; появился какой-то неожиданный интерес, а к прежнему недоверию, видневшемуся на их лицах, теперь присоединились тревога и озабоченность.
Что так напугало их?
Почему, услышав про лозу, они так переменились?
И кто… или что были Молчащие Боги?
Глаза Йолары обратились на Олафа и, посуровев, снова сделались холодного серого цвета. Подсознательно я отметил, что норвежец с самого начала смотрел только на эту пару, ни на что другое не отвлекаясь; он, можно сказать, не отводил от них глаз. Еще я заметил, что во время разговора жрица Все время незаметно бросала в его сторону быстрые взгляды.
Норвежец безбоязненно встретил ее испытующий взгляд, лишь легкое презрение отразилось в ясных глазах - он походил на ребенка, разглядывающего змею, которой он не боится, но, однако, хорошо знает, как она опасна.
Йолара беспокойно поежилась под его взглядом, несомненно угадав, что о ней думает норвежец.
- Почему ты так смотришь на меня? - крикнула она.
На лице Олафа появилось недоумевающее выражение.
- Я не понимаю, - сказал он по-английски.
Я поймал вспыхнувший и тут же погасший огонек в глазах О'Кифа. Он так же, как и я, отлично знал, что Олаф должен все понимать. А Маракинов? Догадался ли он?
Нет, видимо, он ничего не понял. Но зачем же Олафу понадобилось ломать комедию?
- Этот человек из тех краев, которые мы называем северными, - с расстановкой проговорил Ларри. - Он помешанный, так мне кажется. Он рассказывает странную историю… о каком-то холодном огне, который забрал его жену и ребенка. Мы случайно наткнулись на него, когда он блуждал по морю. А поскольку он очень сильный, мы решили взять его с собой. Вот так, о леди, чей голос слаще, чем мед диких пчел!
- Призрак холодного огня? - переспросила она.
- Да, призрак холодного огня, который крутился под луной и издавал звуки, похожие на звон маленьких колокольчиков, - ответил Ларри, внимательно наблюдая за ней.
Жрица посмотрела на Лугура и засмеялась.
- Тогда ему тоже повезло, - сказала она, - ибо он попал в такое место, где обитает призрак холодного огня» И скажите ему, что, когда придет время, он присоединится к своей жене и ребенку, это я ему обещаю.
Ни малейшего признака понимания сказанного не отразилось на лице норвежца, и в этот момент мое мнение об интеллекте Олафа круто изменилось: в самом деле, надо было обладать незаурядной силой воли, чтобы, понимая все, что говорится, сдерживать свои чувства.
- Что она сказала? - спросил он.
Ларри перевел на английский.
- Отлично! - сказал Олаф. - Просто отлично!
Он посмотрел на Йолару с хорошо разыгранным чувством благодарности. Лугур, который давно уже изучающе оглядывал его фигуру, подошел ближе и пощупал мускулы гиганта; Олаф, наклонившись, услужливо напряг бицепс.
- Но он еще встретится с Вальдором и Тахолой, прежде чем увидит свое семейство, - лицемерно усмехнулся карлик, - и если он возьмет верх над ними… то получит в награду жену и ребенка!
