Никки и Гейб застыли на месте. На мгновение девушка потеряла ход мыслей, а затем в голове закрутилось: «
Не так Никки хотела поведать миру о том, что происходит между ними. Значит, ей придется рассказать родителям, поскольку глупо было бы ожидать, что Девлин станет молчать. А если даже он скроет это, дочь все равно обязана сказать им, потому что не сможет долго обманывать.
Эта мысль напугала ее не так сильно, как она ожидала. Конечно, ситуация неловкая, но на губах девушки заиграла глупая улыбка, а в горле застрял смех. Их застукают как двух озабоченных подростков. До чего нелепо.
Гейб откинулся назад, изменившись в мгновение ока.
— Дерьмо, — пробормотал он, натягивая на нее платье. Никки стало не смешно, когда он подхватил ее и спешно поставил на ноги. Гейб быстро поднялся, сосредоточив взгляд на узкой щели между занавесками, а затем повернулся к ней.
— Если пойдешь туда, сможешь обойти вокруг и выйти к лифту, не наткнувшись на Дева. Я его отвлеку.
Улыбка померкла, Никки медленно повернулась, осмысливая сказанное им. Он хотел, чтобы она ушла до того, как Девлин увидит их вместе.
«
Этот вопрос она так и не решилась задать. В горле першило от глупых слез. Чему она удивляется?
— Иди. — Гейб поцеловал ее в щеку и похлопал по бедру. — Я напишу тебе потом.
Никки повиновалась и, развернувшись, побрела туда, куда указал Гейб, невольно спрашивая себя, какого черта они делают.
О чем
Проклиная брата и себя, он смотрел, как Ник проскользнула и исчезла за занавесками. Какого черта тут делал Дев?
Он привел себя в порядок, не желая показаться перед братом в крайней степени возбуждения, а затем раздвинул занавески. Выйдя под ночное небо, он осмотрел крышу и нашел брата с бокалом в руке.
— Что ты тут делаешь? — спросил Гейб, шагая навстречу.
— Вот ты где. — Дев повернулся к нему. — Мне сказали, ты пошел сюда с красивой женщиной. — Он нахмурился, оглянувшись. — Мне стало любопытно.
— Кто-то ошибся.
Дев снова посмотрел на него.
— Странно.
Он не ответил, еле сдерживаясь, чтобы не врезать ему за то, что тот прервал один из лучших моментов жизни.
— И чем же тогда ты занимался?
Гейб тяжело вздохнул.
— Просто наслаждался одиночеством. Очевидно, неудачно.
— Неужели? — сухо переспросил Дев. — Кажется нецелесообразным приходить в ресторан в поисках уединения.
— Я ужинал, — ответил Гейб, — а потом решил прийти сюда.
Брат усмехнулся и сделал глоток.
— Интересно.
В его тоне не было ничего, что убедило бы Гейба в том, что ему поверили.
Через секунду Дев подтвердил его сомнения.
— Официант, который это сказал, упомянул, что ты был с
Гейб замер, испытывая недоброе предчувствие.
— Сказал, очень красивая, с большими карими глазами, — продолжил Дев. — Напомнила мне нашу общую знакомую.
— Ты знаешь много красивых женщин.
— Да. — Он взглянул на Гейба. — Но не многих ты приводишь сюда. Могу вспомнить только одну.
Гейб ничего не ответил.
Между ними повисло молчание, потом Дев спросил.
— Что ты делаешь, Гейб? Я бы мог ожидать чего-то подобного от Люциана, но никогда не переживал о том, что ты будешь проводить вечера с…
— Аккуратнее заканчивай это предложение, — предупредил Гейб.
— Так это правда? — Дев обернулся к нему. — Даже не потрудился солгать. У тебя сохранилась эта нелепая привычка защищать Никки с тех пор, как она была девчонкой, влипавшей в неприятности.
Гейб промолчал.
— О чем ты думаешь? — снова требовательно спросил Дев. — Хотя я, кажется, понял. Ей двадцать два, и она красива. Какой мужчина не заинтересовался бы? Но ты и сам знаешь. Развлечения еще не значат…
— Достаточно, — прорычал Гейб, делая шаг по направлению к брату. — Я не стану обсуждать с тобой Ник. Ни сейчас, ни когда бы то ни было.
Брат склонил голову. Прошла минута.
— Я тут с несколькими членами правления. Поскольку я, очевидно, ничего не прервал, почему бы тебе не присоединиться к нам? По крайней мере, на пару бокалов?
Гейб сцепил челюсти. Это было последнее, чего он хотел бы. Он собирался отправиться искать Ник. Мужчина дерьмово себя чувствовал после того, как выставил ее отсюда, но ему не хотелось, чтобы Дев нашел их в таком виде.
Старший де Винсент ждал.
— Спущусь через минуту, — ответил Гейб.
— Мы будем внизу.
Вынув телефон из кармана и открыв мессенджер, Гейб подождал, пока брат уйдет, а потом послал Ник короткое сообщение.
«Извини за это. Напиши, когда сможешь».
Гейб еще секунду смотрел на экран, затем выругался и поплелся вниз, чтобы присоединиться к проклятому обществу.
Когда он подошел к столику брата, где тот устроил какое-то гребаное заседание правления, Ник все еще не ответила. Минуты стали складываться в часы — телефон по-прежнему молчал.
