Лунный камень полностью

Дочь моя писала мнѣ, что одинъ знаменитый лондонскій докторъ былъ приглашенъ къ нашей молодой госпожѣ, получилъ гинею и объявилъ, что развлеченія будутъ лучшимъ для нея лѣкарствомъ. Цвѣточныя выставки, оперы, балы, словомъ, цѣлый рядъ увеселеніи представлялся въ перспективѣ, и миссъ Рахиль, къ удивленію своей матери, совершенно отдалась этой шумной жизни. Мистеръ Годфрей навѣщалъ ихъ и, какъ видно, попрежнему ухаживалъ за своею кузиной, не взирая на пріемъ, которыя онъ встрѣтилъ съ ея стороны, пробуя свое счастье въ день ея рожденіи. Къ величайшему сожалѣнію Пенелопы, онъ былъ очень радушно принятъ и тутъ же записалъ миссъ Рахиль членомъ своего благотворительнаго комитета. Госпожа моя, какъ говорятъ, была не въ духѣ и два раза имѣла долгія совѣщанія съ своимъ адвокатомъ. Затѣмъ начинались въ письмѣ нѣкоторыя разсужденія касательно одной бѣдной родственницы миледи, миссъ Клакъ, которую, въ моемъ отчетѣ о нашемъ праздничномъ обѣдѣ, я отмѣтилъ именемъ сосѣдки мистера Годфрея и большой охотницы до шампанскаго. Пенелопа удивлялась, что миссъ Клакъ не сдѣлала до сихъ поръ визита своей тетушкѣ, но впрочемъ не сомнѣвалась, что она не замедлитъ привязаться къ миледи и т. д., и т. д., тутъ сыпались насмѣшки, которыми женщины обыкновенно такъ щедро награждаютъ другъ друга въ письмахъ и на словахъ. Обо всемъ этомъ, пожалуй, и не стоило бы упоминать, еслибы не одно обстоятельство. Кажется, что распростившись со мной, читатель, вы перейдете въ руки миссъ Клакъ. Въ такомъ случаѣ сдѣлайте мнѣ одолженіе: не вѣрьте ни единому слову изъ того, что она будетъ разказывать вамъ про вашего покорнѣйшаго слугу.

Въ пятницу не произошло ничего особеннаго, за исключеніемъ того только, что у одной изъ собакъ сдѣлались за ушами болячки. Я далъ ей пріемъ настоя поддорожника, и впредь до новыхъ распоряженій посадилъ ее на діету, состоящую изъ помоевъ и растительной пищи. Прошу извинить меня, читатель, за то, что я упомянулъ объ этомъ обстоятельствѣ, но самъ не знаю какъ оно вкралось въ мой разказъ. Пропустите его, если угодно. Я уже прихожу къ концу и скоро перестану оскорблять вашъ облагороженный современный вкусъ. Но собака была славное животное и заслуживала хорошаго ухода, право такъ.

Суббота, послѣдній день недѣли, есть вмѣстѣ съ тѣмъ и послѣдній день моего повѣствованія.

Утренняя почта привезла мнѣ сюрпризъ въ формѣ лондонской газеты. Пораженный почеркомъ адреса, выставленнымъ на конвертѣ, я сравнилъ его съ написаннымъ въ моей карманной книжкѣ именемъ и адресомъ лондонскаго закладчика, и сразу узналъ въ немъ руку пристава Коффа.

Сдѣлавъ это открытіе, я съ жадностью пробѣжалъ листокъ и напалъ на одно изъ объявленій полиціи, кругомъ обведенное чернилами. Вотъ оно, къ вашимъ услугамъ. Прочтите его вмѣстѣ со мной, читатель, и вы вполнѣ оцѣните вѣжливое вниманіе пристава Коффа, приславшаго мнѣ газету.

«Ламбеть. Незадолго до закрытія суда, мистеръ Септимій Локеръ, извѣстный продавецъ старинныхъ драгоцѣнностей, скульптурныхъ и рѣзныхъ вещей и пр. и пр., обратился къ засѣдавшему судьѣ за совѣтомъ. Проситель заявилъ, что въ продолженіе дня ему неоднократно докучали какіе-то бродячіе Индѣійы, которыми въ настоящее время переполнены наши улицы. Ихъ было трое. Несмотря на то что полиція велѣла имъ удалиться, она снова и снова возвращались, и даже дѣлали попытки войдти въ домъ, подъ тѣмъ будто бы предлогомъ, чтобы попросить милостыни. Хотя ихъ и прогнали отъ главной двери, но они снова очутились у задняго входа. Жалуясь на безпокойство, доставляемое ими, мистеръ Локеръ изъявилъ и нѣкоторое опасеніе насчетъ того, не злоумышляютъ ли они противъ его собственности. Въ коллекціи его находилось множество единственныхъ, въ своемъ родѣ, неоцѣненныхъ драгоцѣнностей классическаго и восточнаго міра. Наканунѣ еще онъ вынужденъ былъ разчитать одного искуснаго рѣщика (какъ кажется, уроженца Индіи), котораго подозрѣвалъ въ покушеніи на воровство; и мистеръ Локеръ предполагалъ, будто человѣкъ этотъ и уличные фокусники, на которыхъ онъ жаловался, дѣйствуютъ теперь заодно. Цѣль ихъ, можетъ быть, состоитъ именно въ томъ, чтобы собрать толпу, произвести тревогу на улицѣ, и пользуясь общею суматохой, забраться въ домъ. Отвѣчая на вопросы судьи, проситель заявилъ, что не имѣетъ очевидныхъ доказательствъ противъ замышляемой попытки на воровство, и можетъ только положительно жаловаться на докучливость и безпокойство, доставляемое ему Индѣйцами. Судья предупредилъ просителя, что если и впредь Индѣйцы не перестанутъ безпокоить его, то онъ въ правѣ будетъ призвать ихъ къ суду, гдѣ съ ними немедленно поступлено будетъ по закону. Что же касается до драгоцѣнностей, находящихся во владѣніи мистера Локера, то онъ совѣтовалъ ему принять всевозможные мѣры для надежнѣйшаго охраненія ихъ, прибавивъ, что, пожалуй, не лишнее будетъ объявить объ этомъ полиціи и послѣдовать ея указаніямъ, основаннымъ на опытности ея въ подобныхъ дѣлахъ. Затѣмъ проситель поблагодарилъ судью и удалился.»