– Так на волосок из гривы единорога нашептали желание, вот и оказались у тебя, - довольный своим восхитительным решением, сважничал Билли.
– Не проще было нашептать, чтобы тьма из вашего мира исчезла? - улыбнулся Густав.
– Билли? - Молли вопросительно посмотрела на Лютого.
– Не, ну, а я чё, ты же хозяин, ты и разберёшься.
– Надеюсь, волосок у вас был не один? - улыбка всё еще не сходила с лица сказочника.
– Билли? - все разом в ошеломлении повернулись на предводителя.
Лютый Билли задумался, откусив зажаристый кусок мяса, нервно зашевелил челюстями.
– Ха, ха, ха, - скрипуче засмеялся Голем, удивив всех несвойственной ему быстротой осознания ситуации.
– Густав, а ты не мог этого сурового лиходея сразу с умом сочинить? - Манул хотел было запрокинуться на спинку стула, забыв, что они сидят на лавке, не удержав равновесие, судорожно затрепыхал пушистыми лапами, рухнув на спину. Полёвка суетливо выпрыгнула из кармана, совершив пируэт в воздухе, шмякнулась ему на живот.
– И как мне вас теперь обратно отправлять? Помощнички, - подперев голову руками, Густав сетовал на то, что сам придумал героев, которые своей нелепостью веселили гостей. - У вас же мудрец Карл должен в мире вашем жить, с ним почему не посоветовались?
– Так занят он, с утра до ночи летописи пишет, - постаралась оправдаться Молли.
– Пишет? Писарь? - сказочник прикрыл глаза, покачивая головой.
– Писаааарь, - повторил Снежок, увлечённый выбором, что бы ещё взять с аппетитных тарелок.
– Я думал, что у меня проблемы, когда узнал, что Юри хотят забрать, но сейчас понимаю, что это совсем не проблемы, - закатился в хохоте рыжебородый.
– Как забрать? Куда забрать? - взволнованно затараторила Крошка.
– В мир магии, - Густав, вспомнив визитёров из порталов, покрылся тенью печали.
– Во дела, - удивлённая морда Манула вынырнула на поверхность столешницы.
– Дела, - сказочник склонил голову, - ну там время терпит, а вот вас до рассвета разместить надо где-то, чтобы не заподозрили соседи чего. Молва понесётся, потом не исправить. Только вот никак невдомёк мне, как так, магией я не обладаю, а вас создал?
– Значит, плохо ты о способностях своих ведаешь, - ухмыльнулся Билли, - кто знает, может, и пригодимся тебе в чём?
– В погребе я вас не стану прятать, воздух там спёртый, а сарай вполне под временное убежище подойдёт, - Густав устало перебирал пальцами по столешнице. - Только сразу договоримся, без моей команды никто носа своего не высовывает на улицу. Мне надо придумать, что делать с вами, как обратно отправить.
– А чего думать, писаря найдёшь, сказки надиктуешь, сочинишь, как обратно нас закинуть, - предложил Манул.
– Сработает ли? - усомнилась Молли, в волнениях, что никогда не сможет обнять своих родителей. С грустью хмыкнула, собирая опустевшие миски. Билли, лишь теперь осознав, что путь назад может быть закрыт, принялся к несвойственному ему занятию - помогать Крошке. Громкий храп Йети залился трелью.
– Один вырубился, не хватало ещё, чтобы Голем уснул, кто же тогда их двоих в сарай оттащит? - Молли с умилением смотрела на спящего снежного человека, который сладко подмял под себя мохнатую лапу и подтянул колени к животу.
– Каменюка, бери этот меховой мешок и тащи, куда Густав укажет, понял меня? - постарался позаботиться о друзьях Билли. А мы пока с Молли порядки тут наведём, Торопыга, поможешь нам?
– Ммммурк, я лучше пойду, двери им придерживать буду, Полёвку возьмите в помощь, - кивнув на белую мышь, Манул метнулся к двери, распахнул её настежь. Помещение наполнилось дуновением влажного от тумана воздуха.
Голем взвалил на плечи Йети, пошатнулся под тяжестью.
– Пол не проломи, а то в погребе всем ночевать придётся, - отметил Билли.
Каменный застыл, положив снежка на пол, потащил его волоком.
– Такому крепкому сну позавидовать можно, - проворчал дикий кот, недовольный своим природным качеством чуткости охотника.
– Я вот смотрю на тебя, - обратился трактирщик к Торопыге Манулу, наблюдая за тем, как тело Йети скользит по доскам настила, - а как ты с Полёвкой сдружился? Это же пища для вашего брата.
Полёвка, собирающая крохи со стола, запищала в ужасе, рухнув в обморок.
– Густав, ну она же такая маленькая и беззащитная! Зачем ты так с ней? - фыркнул Торопыга, прыжком настиг стола, нежно положил в лапу мышку, согревая её дыханием. - У хищников тоже свои слабости имеются, без неё я одинок и никому не нужен, разве не ты нас без пары создал?
Трактирщик посмотрел поочередно на всех.
– Простите, сам я без жены остался и о вас не подумал. Дел у писаря будет гораздо больше, чем я мог предположить. Потрудиться придётся на славу.
Скудный остаток ночи Густав долго ворочался на кровати, то сминая подушку, то вновь взбивая пух в объёмную подложку. Лишь с первыми лучами рассветного солнца веки его сомкнулись, освобождая от размышлений, что все эти геройские саги, которые он сочинял про своих созданий, не могут сделать их счастливыми, если они обречены на одиночество и вечные подвиги. Но разве мог он представить раньше, что за границей привычного мира его фантазии обретают формы, пробуждаясь к жизни.
