Когда он сунул письмо в карман, мне захотелось вернуться к веренице окон и бросить еще один взгляд на гостиную Дарке, чтобы проверить, нет ли там чего-либо еще, способного пролить свет на то, что он мог делать в отеле, а заодно попытаться взглянуть под другим углом на постер с закатным солнцем. Но не успела я даже повернуться, как голова Дэниэла резко дернулась к боковой стене дома. Туда же посмотрела и я.
По подъездной дорожке катил пикап с садовым инвентарем.
Если нас здесь увидят…
Меня прострелила тревога. Дэниэл схватил меня за руку и сорвался с места. Мы пулей пролетели веранду, скатились по лестнице и бросились к лужайке на задах дома.
– Может, воспользуемся легендой про кота? – спросила я.
– Ну ее нахрен! Бежим, Берди!
Пикап службы ухода за газонами перекрыл нам путь к бегству. Я в панике посмотрела по сторонам в поисках местечка, где можно было бы спрятаться.
– Туда! – сказал Дэниэл, и мы ринулись в угол заднего двора, где в кустах виднелась калитка по пояс высотой.
Она хоть и была закрыта, но перепрыгнуть ее не составляло никакого труда. По крайней мере, Дэниэлу – когда я застряла, ему пришлось меня через нее перетащить.
Едва переводя дух, мы помчались по узкой пешеходной дорожке для технических нужд, которая пролегала между особняком Дарке и следующим рядом викторианских домов, расположенных ниже на холме. И только когда окончательно убедились, что вышли сухими из воды, отыскали тропинку и зашагали прочь от его жилища, желая оказаться от него как можно дальше.
– Теперь, думаю, нам ничего не грозит, – сказал Дэниэл, оглядывая улицу. – Ну и ну. Меня чуть сердечный приступ не хватил. Вести расследование – работа не из легких.
И порой приносит немало разочарований. Мне так и не удалось глянуть еще раз на тот закатный постер в рамке на стене гостиной Дарке. Что вообще-то не должно меня особо трогать, ведь у нас в итоге появился новый след в виде оперной ложи – гораздо свежее и интереснее.
Но даже самые скучные герои детективных телесериалов прекрасно знают, что дьявол
– Стой смирно, – недовольно промычала тетя Мона, держа во рту булавки и подгоняя подол моего наряда.
Я стояла на перевернутом деревянном ящике в жилой зоне кинотеатра Моны в простеньком белом платьице, когда-то бывшем частью ее костюма ледяной принцессы.
Вчера она его раздербанила, дабы переделать в платье, в котором мне можно было бы пойти в оперу, и теперь на месте рукавов торчали нитки, а подол был на пару дюймов длиннее, чем нужно. Но на лифе хотя бы отсутствовали искристые снежинки.
Мона вынула изо рта последнюю булавку, вытянула шею и поглядела на Ца-Ца Габора, катавшегося по отрезанным шифоновым рукавам.
– Думаю, так будет ровно. Так, дневного света у нас больше нет. Будь так любезна, включи лампу.
Я слезла с ящика и потащилась к торшеру, сделанному в космическую эру 1960-х годов. Тетя Мона выглядела уставшей, хотя это мне могло только казаться, потому как она не накрасилась, не надела парик и расхаживала по комнате в розовом атласном халате, зализав назад короткие, каштановые от природы волосы, и без всего стандартного гламура выглядела меньше и как-то ранимее.
– Ты, случайно, не сошла с ума, решив заняться этим в ночь с субботы на воскресенье? У нас ведь в запасе вся следующая неделя. Оперу будут давать только в пятницу.
– Издеваешься? – спросила она. – Это же мое любимейшее занятие.
– Просто я испугалась, что из-за меня ты не пойдешь на страстное свидание с Леоном Снодграссом.
– Тебе совсем не обязательно говорить о нем в таком тоне, – угрюмо проворчала она.
Ого.
– Прости, больше не буду.
Он явно болтался где-то поблизости. Надо терпимее относиться к ее выбору, даже если сама я его не одобряю.
Она покачала головой и вздохнула:
– Нет, милая. Это ты меня прости. Просто мне не дают покоя некоторые мысли, от которых болит голова. И мне вряд ли стоит тебя ими грузить.
– Что-то случилось? – спросила я.
– Да нет, просто всякие взрослые глупости, о которых мне сейчас даже думать не хочется. Скажи мне что-нибудь хорошее. Где у нас сегодня Дэниэл? Отправился на работу?
– Увы.
Чувствуя себя тунеядкой, я подумала было сесть на паром, смотаться в город и повидаться с ним перед началом смены, но потом меня попросила прийти Мона.
– Как думаешь, сможешь одну ночку обойтись без него? – поддразнила меня она.
