– В помойке, – сказал Дэниэл и показал на золоченую корзину для мусора у стола.
– Они, должно быть, сидели вот здесь, на софе и в креслах – диванная подушка валяется на полу.
Я кивнула, разгладила пакет и заглянула внутрь. К его боковой стенке приклеился клочок бумаги.
– Смотри.
– Что это? – Он взял бумажку за угол, и мы попытались ее вместе прочесть.
Это был напечатанный на компьютере лист, но прочитать его оказалось делом нелегким – чернила поблекли, а шрифт казался странным и незнакомым. Края страницы торчали зазубринами, будто по ним прошлись перфоратором.
– Матричный принтер, – прошептал Дэниэл: – У кого мог сохраниться этот архаизм, да еще и рабочий?
– Вероятно, у кого-то на Украине.
Рубрики наверху были начертаны кириллицей, однако внизу шла таблица со словами, написанными латиницей.
– Это список имен, – сказал Дэниэл и стал читать вслух: – Олександр. Анета. Даня. Здесь одни имена. А что у нас в этой колонке?
Инициалы. Хотя, может, и клички, но в сокращенном виде. Потом шла еще одна, в каждой строке содержащая букву
– Что это, пол? Мужской и женский?
– Наверное. А в той колонке, думаю, даты.
– Смотри, они все в европейском формате, – сказала я, – видишь? И все относятся к этому году.
За исключением года минувшего, зачеркнутого синей ручкой, и двух других колонок, тоже с датами, но уже с будущими. Два имени – напротив одного из них стояла будущая дата, напротив другого – число прошлого месяца – кто-то пометил аккуратными синими галочками. Оба мужчины.
– Блин? Что это такое? Нелегальная сеть по поставке на Запад проституток? – спросил Дэниэл. – О господи, если до этого я шутил, то теперь в голову все настойчивее лезут мысли о сексуальном рабстве или невестах по почте.
– Нелегальная иммиграция?
Дэниэл кивнул.
– Это звучит уже
Ответа на этот вопрос я не знала, но при этом быстренько сгребла в кучу все сведения, которые нам удалось узнать, и состряпала на скорую руку досье.
Мы с Дэниэлом долго вглядывались в страницу, наперебой выдвигая самые разные теории. Но ни одна из них не выглядела здравой. Мы сошлись только в одном – что действительно достигли некоторого прогресса. Иванов, может, и в самом деле вскоре улетит обратно за океан, но у нас все же появился шанс довести расследование до конца. Имея на руках осязаемую улику, мы были в восторге. Единственное, я до конца не знала, что эта улика собой представляет и как вписывается в общую картину.
– Это действительно, может быть, важно. А может, и нет… – ни с того ни с сего прошептал Дэниэл.
– Что именно?
– Твой вопрос. О том, со многими ли девушками из отеля я встречался.
Упс. Я думала, он об этом уже забыл. И какого черта было поднимать данную тему?
– Мне все равно.
– Все равно? – переспросил он, складывая страницу. – Значит, тебе нет никакого дела до того, сколько девушек я звал на свидания?
– Не-а.
– Но почему?
– Потому что мне до звездочки.
– До звездочки? О боже, Берди, да тебе цены нет.
– По барабану, – удрученно добавила я, – и дважды пофиг.
– Лучше уж скажи похрен, – поправил он, – тебе на это дело дважды похрен.
– И то правда, дважды похрен. И положить на него с прибором. А затем наложить сверху огромную кучу дерьма. Опять же дважды.
– Я в шоке… – сказал он. – Надеюсь, что
