– Как думаешь – пакет лучше оставить себе? Лично я «за». Он может послужить доказательством. Значит так, ты забираешь домой пакет, а я займусь страницей, посмотрю, можно ли ее перевести, – сказала я, забирая у него бумагу и засовывая ее в сумку. – А насчет Бет ты прав, история с ней меня действительно не задевает.
– Это потому, что тебе совсем неинтересна моя личная жизнь, – сказал он.
– Совершенно верно, – твердо ответила я, повернулась и посмотрела ему в лицо, – неинтересна. С моей стороны это было банальное любопытство.
Дэниэл медленно кивнул:
– Мне тоже все равно. Если хочешь, можешь сохнуть по Джозефу.
– По Джозефу? Да он даже в глаза мне теперь не смотрит.
– Тогда по Чаку.
– Ну уж нет, даже если бы, кроме него, на всем белом свете парней больше не осталось.
Дэниэл пожал плечами:
– Я просто говорю, что мне все это до лампочки. Теперь все понятно. Тебе неинтересно.
– Что именно?
А почему это мы по-прежнему так близко друг к другу стоим? Бумагу-то ведь уже прочли.
Я отошла на шаг назад.
В его глазах что-то мелькнуло.
Он, как лев, мягко шагнул вперед и сократил до минимума расстояние, которое по моей милости нас разделяло.
– Тебе неинтересен я.
– О…
И какого он ждал от меня ответа?
– И неинтересны мы, – добавил он, словно это «мы» вообще когда-либо существовало, – ты в этом плане расставила все точки над «Ь>.
Его лицо было совсем рядом с моим. Я уже забыла, что он в аккурат подходил мне по росту – не слишком высок, не недомерок.
– Нас не связывает химия. Вот почему между нами ничего нет. А тот раз был ошибкой.
– Да, ошибкой, – согласилась я.
Единственное, мне хотелось бы, чтобы мой голос звучал увереннее.
– И предпринимать новую попытку ты явно не желаешь. Считаешь, что повернуть время вспять нельзя и никаких повторений здесь быть не может, так? Мы с тобой как прокисшее молоко. Можно только выбросить и купить новый пакет. А спасти уже ничего нельзя.
– Ну, я бы не стала делать таких далекоидущих выводов, – сказала я и вытерла ладони о брюки.
Боже правый, НУ ПОЧЕМУ Я В ЕГО ПРИСУТСТВИИ ТАК ПОТЕЮ?
– Но во второй шанс ты все же не веришь?
– Я этого не говорила.
– Еще как говорила. Когда прислала мне ответ на вопрос-бонус в игре «Правда или ложь».
– Ты спросил, были бы мы сейчас вместе, не очутись в первый же день на заднем сиденье твоей машины. А я ответила, что не знаю.
– И это была ложь.
– Что ты говоришь!
– Я, по крайней мере, подумал именно так.
Я чувствовала, что он расставил мне ловушку, но, пока он стоял так близко, не могла на полную мощность задействовать мозги и поэтому сказала:
– Вернуться обратно и стереть случившееся – имеется в виду физически – мы, разумеется, не можем, поэтому, если ты спрашиваешь, как сделать все заново, но по-другому, я бы не знала, с чего начать.
– С чего начать? – прошептал он и окинул взглядом мое лицо. – Ну, если бы у меня был шанс – и это просто первое, что приходит в голову, – то я бы начал примерно так: «Привет, меня зовут Дэниэл». И ты бы мне тогда ответила: «А я Берди, это самое восхитительное имя на свете, как и я сама».
Я нервно хихикнула.
– А потом сразу бы добавила: «Обожаю разгадывать всякие тайны». На что я ответил бы: «Супер! У меня как раз есть одна на примете, не хочешь раскрыть ее вместе со мной?» А ты бы сказала: «Ох, Дэниэл. Это же просто бомба».
– Я никогда бы так не сказала.
– Ах да, прости, я хотел сказать: «Это же просто бомба, ЧМС».
– Если бы ты только знал, как мне хочется сейчас тебя задушить.
Уголки его рта чуть поползли вверх.
– Это я уже слышал, и не раз. Так или иначе, ты бы согласилась и мы с тобой взялись расследовать какое-нибудь дело наподобие этого. Потом я сказал бы: «Обожаю вести с тобой расследования, детектив Берди. Смотри, как классно мы вместе раскрываем дела».
– Мы еще ничего не раскрыли – это я так, для протокола.
– Тс. Это ведь мои грезы, а не твои. Потом я бы сказал: «Да, раскрывать преступления конечно же волнительно, но как бы нам понять, что все это значит? Погоди, мне в голову пришла мыслишка. Давай завтра вечерком куда-нибудь выберемся и обсудим все, что нам удалось узнать, я тут посмотрел рабочий график и выяснил, что у нас с тобой как раз выходной, если конечно же Мелинде не попадет под хвост шлея и она в очередной раз не назначит идиотское собрание смены».
– Э-э-э… Ты бы сказал именно так? – спросила я надтреснутым голосом.
– Да, именно так.
– Понятно. А что сказала бы я?
Он поднес к моей голове руку и робко коснулся лепестков лилии над ухом:
– А ты бы сказала: «Ох, Дэниэл, ты самый сексуальный парень на земле и самый крутой напарник в расследовании преступлений, это ничтожество Ватсон тебе даже в подметки не годится. Поэтому я, разумеется, схожу с тобой куда-нибудь завтра вечерком в половине восьмого».
– Надо же, какие подробности.
– А потом бы добавила, чтобы я встретил тебя на паромном терминале, но только не на острове, а здесь, в городе, в Кольман Док. Это я так, для ясности.
– В половине восьмого.
