Серебряными звездами кружили снежинки в прозрачном морозном воздухе, опадали и вновь взлетали к безоблачному, пронзительно голубому небу, противореча всем законам природы. Мир вокруг словно заключили в огромный стеклянный шар, подобный тем забавным безделушкам, что дарил мне отец когда-то. И будто некто неведомый потряс исполинскую эту сферу и невесомые белые хлопья, её заполняющие, поднялись легкокрылыми птицами к невидимому своду, чтобы медленно, величественно осесть на землю, на крыши и улицы небольшого городка, на замок, где меня уже ждали.
Кортеж, яркий, пёстрый, точно табор кочевников, двигался прямиком к темному массиву замка, по мере приближения заслонявшему всё больше неба, поглощавшему своей широкой тенью растянувшиеся цепочкой экипажи и повозки. Осторожно приподняв край занавески, я рассматривала новый для меня мир, так необычно, разительно не похожий на мою родину. Он велик, удивителен и сплошь покрыт слепящим белым снегом, который прежде я видела лишь на картинках да на вершинах далеких гор. Он раскинулся во все стороны просторами, кажущимися бескрайними, неохватными: долины и холмы, луга и леса, погребённые под сугробами, реки и озера, скованные льдом. Он полон холода и закутанных в теплую одежду людей, чужих, непонятных. Людей, которые однажды станут моими подданными.
А я — их королевой.
Выехавший нам навстречу гонец сообщил — Его величество и Его высочество желают оказать мне высокую честь и первыми встретить на своей земле иностранную принцессу, первыми поприветствовать будущую невестку и супругу.
Сердце моё замерло — так скоро? Неужели я вот-вот увижу своего жениха, того, с кем обручена уже более двух лет, того, кто раньше был для меня только портретом, плоским, равнодушным?
Кареты и повозки с моим гардеробом и приданым, сопровождаемые охраной, по одному миновали подъёмный мост, поднятую решетку, распахнутые ворота в толще крепостных стен. Колеса экипажей и подковы лошадей загрохотали по деревянному настилу, густая тень стен поглотила нас, и на мгновение показалось вдруг, словно въезжаем мы в пасть гигантского каменного чудовища, готового в любое мгновение сомкнуть челюсти.
— Принцесса, немедленно опустите занавеску!
Я отдернула руку, но всё же успела заметить группу людей, собравшихся перед парадным входом в замок.
— И не забывайте, что даже ваш наречённый не должен видеть вашего лица до дня свадьбы, — напомнил Кадиим строго.
Я послушно скрыла лицо под тонкой вуалью, оставив чужому взору лишь, как и положено, глаза. Поправила капюшон теплой накидки на меху, надела перчатки. Айянна, моя подруга и компаньонка, последовала моему примеру. Для нас, дочерей Шиана, выросших под жарким солнцем юга, среди благоухающих садов и журчащих фонтанов королевских дворцов, зима Афаллии слишком сурова и морозна. Не раз и не два во время этого долгого, изнуряющего путешествия мне казалось, что я не выдержу и умру если не из-за несчастного случая на горных перевалах, то от холода и проливных дождей, сменившихся вскоре бесконечными вьюгами, что преследовали нас в последние дни.
Карета остановилась.
— Её высочество Лайали, принцесса Шиана!
Дверцу открыли снаружи, Кадиим первым покинул тепло салона, подал мне руку — посторонним запрещено касаться юной невинной девы царских кровей, только малому кругу доверенных лиц — и я, обменявшись с Айянной обеспокоенными взглядами, вышла из экипажа, ступила на алую ковровую дорожку, развернутую через расчищенный двор от парадного входа до нашей кареты.
Нельзя смотреть по сторонам, словно я простая селянка, впервые попавшая в город. Нельзя демонстрировать страх, волнение или неуверенность, роняя тем самым свою родину в глазах этих людей. Им нужен надежный союз со странами за восточными горами, нужны наши тайные знания, возможности и богатства. Им, потомкам северных лордов, требуется брачный альянс с теми, кто жил на этой земле, в этом мире задолго до вторжения их предков.
А моему отцу, увы, необходимо заручиться поддержкой крупного западного королевства, пока Шиан не исчез, не растворился, подобно песчинке в море, среди территорий алчных соседей.
За моей спиной — мне не надо оборачиваться, чтобы знать это, — Кадиим помог выйти Айянне, и мы втроём направились по дорожке к людям перед входом. Я первая, две закутанные в чёрное фигуры бесшумными тенями на шаг позади.
От собравшихся отделились двое, выступили вперед. Темноволосые мужчины в чёрных одеждах и тот, кто моложе, знаком мне.
Мой жених и наследник престола, принц Александр.
А рядом, должно быть, его отец, король Афаллии Георг Восьмой.
Кто-то из свиты короля объявил Его величество и Его высочество, и я присела в реверансе, склонила голову, не видя ничего, кроме красного ворса да края собственного плаща. Сердце неожиданно забилось громче, чаще, едва ли не оглушая, внутри пружиной сжалась тревога.
— Ваше высочество, — прозвучал надо мной голос Георга, негромкий, властный, — добро пожаловать в Афаллию.
