В 21 веке Ульчин стал модным курортом. На развалинах замка, в сохранившейся башне Балшича открылась художественная галерея. Там, где доживал свои дни ссыльный еретик Шабтай Цви, еврейский мусульманин, почитаемый поныне орденом Бекташи суфий Азиз Мухаммед, теперь выставляют свои безвкусные картины художники. Нарисованные яркими химическими красками, они неплохо продаются, и сутулый экскурсовод рассказывает группе о загадочном человеке с печальными еврейскими глазами, который был заточен здесь в 70-е годы 17 века. Но им это уже неинтересно, и, мельком посмотрев исцарапанные длинными когтями летучих мышей каменные своды, туристы идут загорать.
В ту злополучную ночь, когда упрямая русинка Марица вышла на свидание к букинисту Леви, нарядившись в платье пани Сабины и нацепив на шею змеиный скелет, иезуит Игнатий Несвецкий долго не засыпал. Его изводили мучительные сомнения, душила злость, глаза наотрез отказывались слипаться. В такие минуты Несвецкий был готов разрубить надвое каждого, кто посмел бы ему помешать, но он был один. Отчаявшись уснуть, иезуит решил выйти прогуляться по спящему городу. Мелкие галицийские черти завели патера туда, куда он наведывался и раньше: красивую улочку, застроенную особняками знатных польских семейств. Дом, где жила пани Сабина, не самый красивый, но уютный садик и розовые кусты вокруг него привлекали к этому уголку внимание. Посаженные много лет назад, еще старым садовником ее деда, китайские розы разрослись, заслонив высокую каменную ограду. На прохожего сразу обрушивался пряный аромат цветов, а одежда цеплялась о колючие стебли. Та же участь постигла и сурового ханжу: край его сутаны зацепился за шип.
Пытаясь высвободиться, иезуит Несвецкий нагнулся — и то, что он увидел, отвлекло от мысли о порванной сутане. Он нашел амулет, оброненный Марицей. С видом знатока змеиной анатомии Несвецкий поднял скелет, тщательно всматриваясь в него, быстро определил: это поворызник[11]. Из всех змей, водившихся в Львиве, поворызнику принадлежит честь быть самой ядовитой. Длинная, два и более метра, белая или сероватая с фиолетовыми полосами, она считается тайной помощницей ведьмы. Без поворызника никак не обойтись в тех мрачных ритуалах, с которыми коллегия иезуитов обязана бороться. Скелет этой змеи, подвешенный на черный шнурок из тонко скатанной овечьей шерсти, по крестьянским суевериям, защищает свою обладательницу от порчи и сглаза. Интересные дела творятся на аристократической улице!
Несвецкий положил амулет Марицы в карман и пошел домой. Марица не сразу заметила пропажу змеиного амулета. Помогая, как обычно, своей госпоже одеться и причесаться, она медлила, зевала, всем своим видом демонстрируя, что за всю ночь не успела выспаться.
— Ты сегодня совсем сонная, — заметила пани Сабина, когда Марица уронила на пол золотую заколку. — Гуляла, наверное, с кавалером по крышам?
— Нет, пани, — смутилась русинка, — я немного припозднилась, была в саду, здесь, у розового куста.
— И кого же ты охмуряла, хитрая моя?
Марица замялась. Признаться, что она устроила ночное свидание с букинистом Османом Сэдэ, ничего не сказав об этом пани? Но и обманывать хозяйку тоже нехорошо, рано или поздно правда всплывет наружу.
— Я была с тем, кто нравится вам, пани Сабина, — уклончиво ответила Марица, — и он подумал, будто перед ним вышли вы. Он ничего не понял, было так темно, нежно, романтично…
— Даже не знаю, ругать тебя или благодарить — сказала Сабина, — с одной стороны, мне давно хотелось попросить об этом, а с другой.
Но что с другой, пани Сабина договорить не успела. Взгляд ее пал на шею Марицы. Вчера она была с амулетом! А где же скелет поворызника?!
Марица инстинктивно провела рукой по шее. Скелета не было.
… В ближайшие часы Марица перерыла весь дом, включая сад, беседку, конурки псов, кухню и конюшню, комнаты слуг, каретную. Но скелета ядовитой змейки нигде не нашла. Первое подозрение пало на далматских псов: они могли поднять оброненный талисман, еще пахнувший для чутких собачьих носов змеиным мясом, и закопать его. Пани Сабина приказала садовнику перерыть землю, но скелет не попадался.
В тот день коллегия иезуитов бурлила. Патер Несвецкий показывал найденный скелет всем и даже прочел импровизированную лекцию о его значении в черной магии.
Иезуиты возмущались, приговаривая, что никогда еще они не сталкивались с таким безобразием. Конечно, тяга простонародья к пережиткам язычества, хождения к гадалкам и простые домашние заговоры были хорошо известны святым отцам. Они и сами в трудных случаях не брезговали ходить к одной караимке, определявшей судьбу на бобах, колоде карт «тарок» и волшебном круге с делениями. Но совсем иное, если мистический амулет, прописанный во многих черных книгах, валялся на аристократической улице, в центре Львова, во владениях богатейшей красавицы.