— Благодарю, ваша честь. Я продолжу. Уникальный навык «Судебный запрет» был активирован извне в принудительном порядке. Кроме того, господин Мёрдок не имел и не имеет возможности его отключения. В связи с чем произошёл ещё один инцидент непосредственно перед текущим заседанием. Представитель суда — стражник Джошуа, исполняющий обязанности судебного пристава, — несмотря на явно выраженные возражения господина Мёрдока, столкнул в яму госпожу AxiLess, что привело к её гибели. Этого бы не произошло, если бы суд дал себе труд должным образом ознакомиться с обстоятельствами дела. Но суд этого не сделал и уже самостоятельно совершил убийство. Можно ли допустить, чтобы некомпетентные юристы и убийцы занимались судопроизводством в городе? Я считаю — нет.
— Мы готовы снять обвинения в убийстве госпожи AxiLess с господина Мёрдока, — высказался Юлиус. — Но ему предъявлены и другие обвинения...
— Господин Мёрдок, — перебила Вивьен, — и его верные законопослушные друзья оказались в ситуации, когда представители закона злоупотребили своей властью. Они не могли действовать законными методами, поскольку своими действиями суд — и, по совместительству, городская власть, — продемонстрировал, что законы в Линтоне систематически нарушаются, и права человека не рассматриваются всерьёз. Они предприняли единственно возможную попытку спасти ситуацию, обратившись напрямую к создателям. Попытку, в ходе которой не пострадал ни один живой человек, но зато пострадало немало NPC, бросившихся на защиту своей некомпетентности. Преступления, совершённые в результате неправомочных действий представителей суда, должны быть рассмотрены, как преступления, совершённые по принуждению, а поскольку принуждение исходило от представителей власти, нам приходится расценивать их, как прямой приказ, ослушаться которого не мог ни господин Мёрдок, ни его уважаемые друзья.
По Юлиусу пробежала рябь. Он мигнул, стал на мгновение чёрно-белым, потом поправился обратно.
— Суд вынужден освободить подсудимых, — промямлил он. — И в полном составе удалиться на перепрошивку базового модуля...
— Суд вынужден принять во внимание ещё одно обстоятельство. — Вивьен отдала Юлиусу последний лист бумаги. — В ходе текущего заседания была допущена ещё одна ошибка. В качестве адвоката подзащитных была привлечена Вивьен Дэй, которая, согласно логам произошедшего в Яме, была инициатором и подстрекателем случившегося с господином Rchn. Она же потом вероломно и очевидно лживо свидетельствовала против господина Гроя. Суду не хватило компетентности, чтобы определить вину госпожи Вивьен. Как следствие, не хватило компетентности, чтобы не допустить её к работе с подзащитным Rchn, в виду её очевидной предвзятости и необъективности. Не говоря уж о том, что Вивьен Дэй, как известно, состоит в любовной связи с подсудимым Romul’ом, чего, конечно, суд не мог учесть, поскольку возможность любовной связи человека с NPC не была запрограммирована в упомянутый базовый модуль. Как представитель суда, Вивьен тоже должна отправиться на перепрошивку базового модуля, однако она не признаёт себя частью порочной системы и, обладая свободой воли, слагает с себя полномочия защитника. Благодарю, ваша честь, я закончила.
Вивьен сделала шаг назад и замерла, будто чего-то ждала.
Что-то щёлкнуло в воздухе, словно разряд статического электричества. Первым мигнул и исчез Юлиус. Секунду спустя к нему присоединился Иоганн. А следом похерилась целая рота стражников, включая того, что рухнул замертво, угробив Экси. И мы остались одни, не считая изрядно охеревших каменщиков, пытавшихся хоть что-то сделать с развалинами ратуши.
— Йессс! — воскликнула Вивьен и сделала характерный жест рукой, будто заводила цепную пилу. — Я их сделала! Я спалила сразу два модуля: суда и власти!
— Анархия? — спросил офигевший не меньше остальных Коля. — К... Кропоткин?
— Летов! — рявкнула в ответ Вивьен. — Вишес! Роттен! Игги! Учи правильную историю, салага!
В этот раз брат был молчалив и не отрывал жопы от трона. Я постоял минуту, глядя на него, потом зевнул и сказал:
— Слушай, я чё подумал-то... Е**ну на вас жалобу за это пидорское отношение. Ишь ты — трон себе нарисовали. А я, может, оскорблён? А у меня, может, чувства?! Вот как вас за храм дрюкнули — так же и за трон дрюкнут. В вашей Сан-Франциске ведь любят такой хернёй страдать? Ну, оскорбляться, в смысле, и судиться? Хотя сейчас даже у нас, в России, одни обиженки остались. Пошла мода: ноль без палочки, у которого есть по жизни только одна перспектива — оскорбиться на что-нибудь и поднять визг, как будто его раскалённым хером в жопу е**т...
— Ты соображаешь, что ты сделал? — тихо спросил брат.
