- Раненые, что ли? - сдержал неприятное удивление Микола.
- Ну. И с ними немцы-доктора.
Видимо, Грабчак полностью скрыть удивление не смог, потому как чотовый, цокнул зубом:
- Надо сделать. Не в немцах дело. Но там их двое или трое. Но дело принципа: нам помогли, мы помогаем. На будущее задел готовим...
Микола понял, что чотовый темнит. Что-то ему посулили, а может уже и аванс получил. Где это видано - чужих раненых таскать? Но раз серьезный интерес есть, возражать глупо...
- Раз надо, пробьемся.
- Надо. И желательно всех вывезти. Сейчас хлопцы автомобили пробуют раздобыть. А вечером начнем.
- Далеко они? Успеем?
- Успеем. Место надежное, намоленное, дождутся в целости, - Кныш улыбнулся. - Отдыхай, пока.
Отдохнуть Микола и в сараях успел. Сейчас делал вид что спит, но размышлял. По всему выходило, что дело сложное и опасное. Интересно, сам Кныш туда пойдет? Если пойдет, то можно и рискнуть.
А про полковника Микола спросил - оказалось, смеются над полоумным хозяином. Не от УПА чин, а купленный в старые времена. Общество какое-то Галицийско-Волынское собиралось, для сбора пожертвований и прочей глупости. Хотя звучит ведь - "полковник". Если разбогатеть, подняться, то отчего ж... "Полковник Грабчак" - звучно...
[1] Тайник, схрон
--------------------------------------------------------
Город Львов
21:20 Штаб Особого отряда.
Старшина Шведова.
Стрельба поднялась внезапно. Оклик часового и сразу пистолетные выстрелы, потом ударил пулемет, посыпались стекла. В штабной комнате все попадали на пол, радист подхватил рацию, свалившийся с продавленного лежбища водитель с руганью лез под диван за карабином.
Пулеметные очереди широко полосовали фасад - словно для острастки лупили. Немногочисленные бойцы Особого отряда заняли оборону: со двора уже доносились автоматные очереди. Попов крикнув - "рации прикрывать", убежал вниз. Марина подползла к окну - над подоконником, прикрытым мешками с песком, показываться было неразумно, да и так понятно - пулемет, гадина такая, с дома, что через улицу, бьет. У соседнего окна пригнулся водитель, примеривался.
- Со слухового окна лупит.
Вражескому пулемету начал отвечать "дегтярев" со двора - видимо, во дворе было худо - он почти весь простреливался.
- Ты куда?! - крикнула Шведова второму радисту, готовящему автомат. - На вас связь.
- Так побьют же, - сержант махнул рукой в сторону задней стены - с тыльной стороны дома уже доносились взрывы гранат.
Марина выругалась и скомандовала:
- По команде, по пулемету. И сразу падаем. Раз!
Встали, ударили в два автомата и карабин. Марина видела, как ее очередь легла ниже слухового окна, лишь жестяной желоб исковыряла...
- Ложись!
Вновь попадали на пол, усыпанный немецкими бумажками, сержант-радист, видимо, в бою еще не бывший, зазевался - водитель его за шаровары дернул. Но вражеский пулемет не ответил - наверное, напугали.
- Присматривайте! - скомандовала Марина, и, пригибаясь, побежала к двери...
На втором этаже оказалось лишь двое водителей: отстреливались из окон, выходящих во двор и к боковому забору.
- Осторожней, дочка, - предупредил боец в возрасте. - На флигельке, кажись, снайпер.
- Не, у тебя там пердун какой-то, - возмутился его товарищ с расцарапанной щекой. - Снайпер с садика бьет.
Марине стало чуть легче - бой внезапный, но славяне паники не допускают. Не то время, научились. Собственный страх подотпустил, Шведова поправила каску:
- Нам бы сюда пулемет - садик прочесать.
- Так он при деле, - заметил пожилой боец.
"Дегтярев" во дворе действительно дал длинную - в полдиска - очередь, еще добавил, но его дробь заглушили новые разрывы гранат - сразу с дюжину...
- Наши их за забором глушат, - объяснил поцарапанный и, приподнявшись, выстрелил в зелень соседнего сада. - Подбираются, суки...
В стену клюнула ответная пуля...
- Я ж говорю, - снайпер, - с удовлетворением отметил боец.
- Может, оно и двое, - не уступал старший.
Марина, наконец, заметила врага - скакнула суетливая фигурка из-за угла флигеля, кинулась к забору. Очередь гада не достала - лишь крутанулся на месте, шмыгнул обратно. Винтовку бы хорошую - тьфу, трофейная "снайперка" в Севастополе осталась. Трижды ходила Марина на стрельбище, пыталась к оптическому прицелу приноровиться. Конечно, снайпер из товарища Шведовой как из того продукта боеприпас, но получалось ведь иногда. Убить бы еще одного или двух, пока...
Вообще-то немец на немца не походил - в кепке, без амуниции, только карабин в руках.
- Это кто вообще к нам лезет? - с некоторым опозданием удивилась Марина. - Гражданские какие-то?
- Власовцы переодетые, - авторитетно объяснил поцарапанный. - Или бандеры националистские. Фрицы их тут уйму расплодили.
- Да какое различье? - пожилой боец выстрелил, мгновенно передернул затвор, добавил. - Ага, лежит голубь...
Марина дала короткую очередь по углу флигеля и перебежала в штабной "зал" - оттуда слышался голос Попова.
