Взмыв над поляной, он оглядел её в бреющем полёте. Одни люди застыли в немом недоумении, другие вскинули руки ладонями вверх и восторженно закричали на разных языках, которых прежде не знали: «Смотрите! Смотрите! Duch święty! Spiritus sancti! Holy spirit! Heilige Geist!»
Словно в подтверждение этих слов они ощутили на ладонях своих прохладное дуновение ветерка, а над головами их дьякон увидел необычное свечение, похожее на фосфоресцирующие язычки пламени. Тонкие огненные струйки, исходящие из их темечек, потянулись к нему со всех сторон.
О. Егорий тряхнул головой: минутное помешательство от действия божественного шампанского закончилось, и он вернулся в действительность.
— А спорим, что он трижды отречётся от бога, прежде чем мы допьём эту бутылку, — донеслись до него слова Гога.
— Спорим, — согласился с ним Магог. — Мне почему-то кажется, что от своего бога он не откажется.
Они сцепили руки и попросили пришедшего в себя дьякона разбить их в качестве свидетеля.
— А вот скажите мне, отец дьякон, — приступил лысый дидько к нейролингвистической обработке священнослужителя, — люди, которые сейчас ходят в церковь, верят ли они в бога?
— Конечно, верят, раз приходят.
— А сами-то вы верите?
— Что за вопрос? Конечно, верю.
— То есть вы полагаете, что бог на свете есть.
— Не только полагаю, но и убеждён.
— Но если вы так убеждены, то ответьте, как могло такое случиться сто лет тому назад, что верующие в бога люди, как по щелчку, в одночасье вдруг стали безбожниками? Почему это они вдруг стали взрывать церкви, убивать священников, и уничтожать всю поповскую инфраструктуру? И за несколько лет вся страна Советов стала атеистической, все верующие люди вдруг массово стали коммунистами, в церквях разместили склады и музеи атеистической пропаганды, а кресты и колокола сдали в металлолом. И всего лишь через одно поколение уже никто о боге и не вспоминал. Все от мала до велика становились октябрятами, пионерами и комсомольцами и верили только в коммунистическое будущее.
— Это всё происки дьявола и его слуг, — горячо ответил дьякон. — Это они вышибли веру у народа. А когда люди забывает бога, тот посылает им немыслимые бедствия. Наказанием за это богоотступничество и явились миллионные жертвы. И гражданская и вторая мировая война была божьим наказанием за попрание святынь, за кощунство и издевательство над церковью и верой.
Восхищённый его ответом, Магог удивлённо потряс лысой голой.
— Вы говорите, совсем, как патриарх. Ну, хорошо. То есть пришёл дьявол со своими слугами, щёлкнул пальцем, сказал «авра кед авра» и всё сразу поменялось, бога не стало. Но как тогда, скажите, могло случиться, что через семьдесят лет тотального атеизма все октябрята, пионеры и комсомольцы, не говоря уже о коммунистах, в одночасье, как по щелчку этого дьявола словно в насмешку вдруг вновь стали набожными, стали восстанавливать и строить новые церкви, толпами повалили в них, справляя рождество, пасху и троицу, и чуть ли не стали вводить закон божий в школах.
— Это только подтверждает, что бог есть, — ответил дьякон, — и он вновь вернулся на попранную сатаной и его слугами землю.
— А не подтверждает ли это, что напротив, бога нет, и всеми делами заправляет дьявол, раз он вновь допускает строительство всё новых и новых храмов. А не задумывались ли вы, почему он это допускает? Ведь на первый взгляд ему это совсем невыгодно.
— Зато это выгодно богу, — ответил дьякон. — Всё больше и больше людей идут в церковь, возвращаясь к вере Христовой.
— А кто их там встречает? — с жаром продолжил лысый. — Кто? Ведь истинных-то, духоносных пастырей церкви за период всеобщего атеизма и демократии не стало. Почти все истреблены: одних расстреляли, других сместили. А те современные архиереи, что пришли им на смену, переродились, и под личиной истинных пастырей стали верно служить уже не Христу, но Антихристу, для которого православная церковь больше не представляет серьёзной опасности.
О. Егорий тяжко вздохнул и не нашёлся, что ответить на сии обвинения.
— Ладно, — продолжил разговор сивый, — всё это высшие сферы. А что вы скажете насчёт людей? Что с ними происходит?
Вот почему они то верят богу, то не верят.
— Какие люди? Где ты здесь увидел людей? — возмутился лысый. — Это ведь не люди, а животные. Они полностью лишены разума. Они повторяют лишь то, что им скажут, что им внушается через интернет и телевизор. Скажут им «бэ», и они все хором — «бэ». Скажут им «мэ», и они все стадом — «мэ». Они недостойны быть людьми. Это просто бараны и овцы на двух ногах.
— А, может, просто всё дело в тех, кто ими манипулирует? — засомневался сивый.
— Конечно, — согласился с ним дьякон. — Ведь кем вначале были эти люди? Это были люди второго сорта, варвары, которые говорили непонятные вещи, это были почти звери! И вот к ним пошли просвещённые мужи…
