Но не об этом речь.
Каково это, быть с Габриэлем не только как предмет договоренности его и отца?
Не только из-за явного притяжения, которое они чувствовали друг к другу?
Просыпаться рядом с его прекрасным лицом каждое утро, проводить ленивые
выходные в его постели. Спать рядом каждую ночь. Перед глазами появилась картинка, как они валяются с попкорном перед телевизором и спорят о том, что смотреть, как она
выбирает спортивный канал, чтобы порадовать Габриэля, и получает за свою щедрость
массаж ног.
Девушка, следовавшая по стопам матери.
Она вздрогнула и ощутила, как Габриэль сжал ее покрепче. Ева знала, что он
наблюдал за ней, хотя и не отрывал глаз от пола. Ей хотелось спросить о его планах в
Нью-Йорке, но она не могла. Не перед его друзьями.
Ева вернулась к безопасной светской беседе.
— Находишь совместное проживание слишком тесным?
Алек пожал плечами.
— У нас территория больше десяти тысяч квадратных футов. Жизнь вместе
избавляет от необходимости в одиночку содержать дом. Макс, которого ты должна
научиться игнорировать, если хочется мира и покоя, — гений в вопросе держать
нежелательных гостей подальше от дома. Винсент — прекрасный повар, когда наш
домоуправляющий Самнанг позволяет ему готовить. А твой мужчина решает наши
финансовые вопросы. Делает нас всех богатыми, — добавил он с кривой улыбкой, выходя
из открывшихся на верхнем этаже дверей лифта. Еве запомнилось звание «твой
мужчина», которым ее двоюродный брат окрестил Габриэля.
Джак остановился переговорить с двумя людьми по бокам лифта, пока Ева, Габриэль и Алек продолжили путь.
— Не волнуйся, Ева, — добродушно произнес Алек. — Дом достаточно большой, так что, если не захочешь, тебе не обязательно видеть наши отвратительные рожи.
— Звучит заманчиво, — ответила девушка, хотя не намеревалась жить в доме
Габриэля.
Они миновали еще двоих мужчин, расставленных вдоль коридора. Черт, начинало
казаться, что она на съемочной площадке, настолько не реально все было. После обмена
приветствиями, Габриэль вставил ключ-карту в дверь.
Придержал ее, пока Ева вошла в прихожую. Девушка вздрогнула и резко
остановилась, хотя и знала, что человек из квартиры Калеба на днях будет здесь. Она
забыла, каким устрашающим объектом был Винсент. Ладони Габриэля успокаивающе
легли ей на плечи, пока она таращилась на впечатляющую фигуру, медленно
поднимавшуюся с дивана.
На Винсенте был черный кожаный плащ, ниспадавший с широких плеч до
лодыжек. Должно быть, сшит на заказ, чтобы так идеально подходить его крупному телу.
Под плащом обтягивающая черная футболка демонстрировала мощный пресс, а на
длинных ногах красовались потертые джинсы. На нем были такие же массивные
байкерские ботинки, какие все время носил Калеб. Вкупе с этими густыми черными
волосами и темным угрожающим взглядом, уставившимся на них... Ева внезапно поняла, почему они называли его Жнецом.
Ника будет в восторге от его волос.
Подруга всегда ненавидела яркий цвет собственной роскошной гривы и постоянно
замечала, как Еве повезло родиться с «нормальным» цветом волос.
Алек обошел их с Габриэлем и встретился с Винсентом в середине комнаты. Они
стукнулись кулаками, а затем заключили друг друга в крепкие мужские объятия.
Кажется, Ева оказалась в мире великанов. Эти парни были просто огромными.
— Ты специально отбираешь себе таких больших друзей? — поинтересовалась она
у Габриэля.
— Трудно запугивать людей, когда приходится смотреть на них снизу вверх.
Вот чем занимались все эти мужчины. Запугивали людей. Все они.
Там, в ее доме, она наблюдала, как Габриэль проверял оружие. Вид его действий
доказывал, что он проделывал это столько раз, что и не сосчитать.
Может ли она быть с кем-то, кто носит пушку с той же легкостью, с какой она
мобильный телефон? Может ли она простить ложь? Простила ли она его уже?
И что значит для ее будущего, если да?
— Какого черта ты тут делаешь, брат? Не думал, что твоя цепь настолько длинная.
— Алек послал Винсенту насмешливую улыбку.
— Цепь сорвалась. — Кулаком он любовно и должно быть болезненно стукнул
Алека по груди.
По прищуренным глазам Алека, Габриэль понял, что они думают об одном и том
же.
— Что ты подразумевал под сорванной цепью? — Алек опередил его, задав вопрос
первым.
— Позже, — ответил Винсент.
Габриэль прижал Еву к боку и улыбнулся тому ощущению, которое зарождалось в
груди каждый раз, как они соприкасались.
— Как дела, брат? — Их ладони одновременно потянулись друг к другу для
рукопожатия. — Смотрю и думаю, что сам дьявол наложит в штаны при виде тебя. — Он
крепко обнял Габриэля, выбивая воздух из легких.
Отстранившись, Ви вежливо кивнул Еве.
