– И что ты собираешься сделать, отшлепать меня?
– Не смешно.
– Мне принести паддл[29]?
– Совсем не смешно! – И все-таки Джейк не смог сдержать улыбку. – Прекрати!
Какое-то мгновение они смотрели друг другу в глаза, затем наконец Джейк сдался и поцеловал Лили. После чего вернулся к готовке. Высыпанный в сковородку нарезанный лук зашипел.
– Как продвигается дело?
Вздохнув, Лили буквально рухнула на стул за кухонный стол. Только возвратившись домой, она в полной мере почувствовала, как же устала.
– Не могу сказать, что присяжные показались мне благожелательными. Все они горячие сторонники смертной казни.
Отложив ложку, Джейк взял полотенце, вытер руки и оперся задом о рабочий стол.
– Значит, вы проиграете?
– Похоже на то. Хотя Дилан, наверное, убьет себя, стараясь не допустить этого.
– Да, он произвел на меня такое впечатление.
– Какое?
– Впечатление человека, готового биться головой в кирпичную стену.
– Наверное, ты прав. – Лили пожала плечами. – Но иногда бывает, что стена вполне рушится, просто раньше никто не пробовал.
– О, чуть не забыл, – спохватился Джейк, бросив полотенце рядом с мойкой. – Твой племянник звонил на городской телефон. Я так понимаю, сотовый был отключен.
– Я выключила его в зале суда. Когда он звонил?
– Несколько часов назад. Хотел рассказать тебе о какой-то игре.
Лили достала из сумочки свой сотовый.
– У него сегодня был матч в детской бейсбольной лиге. Он обещал позвонить мне после игры.
Лили набрала номер сестры. Никто не ответил, и она оставила сообщение на голосовой почте, после чего вздохнула и положила телефон на стол.
– У тебя точно все в порядке? – спросил Джейк.
– Почему ты так упорно об этом спрашиваешь?
– Я обратил внимание, что вот уже пару недель как ты пьешь почти каждый вечер. Это на тебя не похоже.
Прежде чем Лили смогла ответить, у нее загудел телефон: пришло сообщение.
– Я должна идти, – прочитав его, сказала она.
– Что? Ужин почти готов.
– Я не хочу есть, – сказала Лили, снова надевая туфли.
– Куда тебе сейчас понадобилось?
– Дилан хочет со мной встретиться.
– Ах да, ну конечно… Беспрекословное подчинение?
Остановившись, Лили удивленно посмотрела на него:
– И что это должно значить?
– Ты сама прекрасно знаешь, что это значит.
– Нет, честное слово, не знаю.
Джейк скрестил руки на груди.
– Я не хочу ссориться. Я хотел провести вечер вместе с тобой, готовился, а ты просто разворачиваешься и уходишь… Как бы ты сама отнеслась к тому, что я тебя вот так подставил бы?
– Отвратительно. И я приношу свои извинения, но Дилан не просил бы меня приехать, если б это не было что-то очень важное.
Покачав головой, Джейк повернулся к плите и выключил конфорки.
– Когда мы начинали, ты мне сказала, что мимолетные интрижки тебя не интересуют. Что ты хочешь серьезных отношений. А серьезные отношения подразумевают то, что если у тебя какие-то проблемы, мы их обсуждаем, а не держим в себе. Если этого не делать, из наших отношений ничего не получится.
Покачав головой, Лили схватила сумочку.
– Неужели у тебя все должно быть расписано наперед?
– Расписано наперед?
– Ну да. Ты не можешь просто… не знаю, расслабиться и получить удовольствие? Ты пытаешься планировать будущее, а это ерунда. Будущее невозможно спланировать.
– Лили, я просто хочу быть рядом, когда буду тебе нужен. Ты никогда не говоришь со мной, а я хочу, чтобы ты поняла: ты можешь это делать. Вот и все. По-моему, я прошу совсем немного.
– Я должна идти, – закинув сумочку на плечо, сказала Лили.
Подойдя к входной двери, она остановилась, не открывая ее. Джейк вывалил готовые блюда в мусорное ведро и принялся чистить сковородки. Лили захотелось сказать ему что-нибудь, однако она поняла, что от любых ее слов станет только хуже. Поэтому молча открыла дверь и вышла.
Когда Дилан получил от Броуди сообщение с указаниями, куда ехать, уже стемнело.
Ночной Сипио совсем не был похож на крупные города, к каким привык Дилан. Ни скоплений искрящихся огней, появляющихся в иссиня-черном пространстве подобно ярким звездам, ни разноцветных неоновых вывесок, объявляющих о том, что заведения еще открыты… ни людей на улицах.
Население Сипио состояло в основном из пожилых, и в девять часов вечера городок вымирал. Даже бары закрывались в десять часов, самое позднее – в одиннадцать.
Дилан успел ухватить кружку пива в одном из них, пока еще было можно. Бармен, угрюмый мужчина в красной бейсболке и грязных джинсах, пропустил пару стаканчиков вместе с группой посетителей в дальнем конце зала. Выпив только полкружки, Дилан оставил на стойке десятку и направился к выходу.
Когда он выходил из бара, Лили как раз подъезжала к дому напротив. Дилан пересек улицу и подождал ее на тротуаре.
– Извини, понимаю, уже поздно, – сказал он. – Но я рассудил, что ты захочешь при этом присутствовать.
– Ты совершенно прав, – сказала Лили. Не глядя на него, она поставила машину на сигнализацию.
– Точно? Я знаю, что вы с Джейком собирались провести вечер вместе. Я вовсе не хотел…
– Все в порядке, Дилан. Давай послушаем, что она нам скажет.
