Заворожённая игрой огня, Мари не сразу перевела взгляд на юношу. В который раз она поразилась скорости и изяществу его движений.
«Такое чувство, что в Нике живёт опасный тёмный огонь, тщательно сокрытый от посторонних глаз… от него нужно держаться подальше, иначе здорово не поздоровится, если наши пути всерьёз пересекутся… — с опаской подумала она, но была уже не в силах оторвать от него восхищённого взгляда, несмотря на все доводы разума. «Конечно, будь у меня хоть капля здравого смысла, я уже тикала бы отсюда со всех ног! — при этой мысли её сердце предательски ёкнуло, и она вздохнула. — Увы! Чего не дано, того не дано!»
Подперев голову руками, девушка, не мигая, уставилась на Ника. «Ему очень идёт чёрный прикид. И хоть это обычные джинсы и футболка, смотрится он в них великолепно. Впрочем, как всегда… короче, со мной всё ясно».
Подойдя к камину, Ник начал что-то сосредоточено искать на его деревянной полке. Мари поневоле отметила с какой бережной аккуратностью он перебирает хрупкие на вид предметы. «Прошедшие тьму веков, наверняка они бесценны для него, и служат напоминанием о родном доме, — подумала она с жалостью. — Бедняга! Ему не позавидуешь! Думаю, это очень страшно остаться одному в чужом мире без семьи и друзей…»
Наконец Ник нашел то, что искал, и Мари с любопытством взглянула на его находку. В его руках она увидела продолговатую резную шкатулку желтоватого цвета. Он снова смерил девушку долгим изучающим взглядом и та, наконец, спохватилась, что открыв рот, глазеет на него. Она не сразу попала в клавишу автоповара, и покраснела от смущения, когда от её неловких движений вспыхнул свет в столовой, и заиграла резкая бравурная музыка. Вздрогнув, она поспешно отключила то и другое, а затем принялась лихорадочно заказывать себе завтрак, не глядя на то, что набирает на панели автоповара.
Результатом этого явился поднос с множеством странных блюд. Оказывается, от волнения Мари перепутала меню и нажала на раздел эрейской кухни. Немного поколебавшись, она взяла со стеклянного подноса овальную черную тарелку, содержимое которой заитриговало её цветовым сочетанием. Фиолетовые блинчики с неизвестной начинкой были украшены красивыми зелеными розочками, оливками и маринованными стручками фасоли. Сидящий напротив Ник с интересом посмотрел на её выбор, но ничего не сказал. Налив себе кофе, Мари храбро откусила кусочек шедевра эрейской кухни и, вытаращив глаза, замерла с открытым ртом. Затем мгновенно выплюнув остатки блинчика на тарелку, она выскочила из-за стола и, замахав руками, понеслась к раковине с водой. Ник засмеялся ей вслед и нажал клавишу автоповара. На подносе появился изящный бокал с ядовито-синим напитком. Быстро подойдя к девушке, согнувшейся над раковиной, он приказал:
— Сейчас же выпей до дна! И не спорь со мной!
Какое тут спорить! Мари, по лицу которой катились крупные слёзы, не раздумывая, залпом выпила подозрительную жидкость и, наконец-то, смогла отдышаться и закрыть рот.
— Ник, гад ты этакий! Мог бы сразу сказать, что это жгучий перец!
— А ты не спрашивала.
Его темные глаза радостно сияли и девушка сердито буркнула:
— Это нечестно с твоей стороны! Ненавижу тебя за такие штучки!
— Не тебе судить о моей чести, — помрачнев, довольно резко ответил он, и девушка пожала плечами, не понимая перепадов его настроения. По дороге Ник обогнал её и сел на прежнее место за столом. Видя, что Мари с прежней «грацией» плюхнулась на стул, он скрипнул зубами, выведенный из себя её неуклюжестью. Но она больше не обращала на него внимания. Собрав необычные эрейские блюда на поднос, девушка с мстительным выражением на лице зашвырнула их в жерло утилизатора, а затем, внимательно просмотрев меню, заказала себе новый завтрак. Не мудрствуя лукаво, она выбрала традиционную овсянку и яичницу с беконом, а затем с завидным аппетитом принялась за еду. Ник по-прежнему терпеливо ждал, пока она покончит со своим завтраком. Потому Мари, опустив посуду в утилизатор, снова занервничала.
— Какого чёрта ты меня все утро пилишь взглядами, позволь поинтересоваться? — спросила она и вызывающе вздернула подбородок, демонстрируя уверенность, которой не было в помине.
— Не груби, а то пожалеешь! — с неожиданным раздражением отозвался Ник, и девушка удивлённо приподняла брови. Тот сразу же сбавил тон. — Давай проясним некоторые моменты, а то в твоей голове такой сумбур, что я ничего не понимаю. Что вчера произошло? Почему ты так стремительно ринулась ко мне в постель? А как же твоя великая любовь к Тьену Моррисону?
— Ого, сколько вопросов! Уверен, что хочешь знать ответы?
— Тогда остаётся одно предположение — тебя настолько одолели низкопробные сексуальные фантазии, что стало невмоготу.
В насмешливом голосе Ника явно прозвучали провоцирующие нотки, и девушка не замедлила с ответной реакцией.
— Иди ты знаешь, куда со своими дурацкими предположениями! — вспыхнула она. — Думай что хочешь!.. Да! Я сексуально озабоченная дура! Такое устраивает? Или будут ещё вопросы?
