– Мы сейчас идём по мосту через Водоотводный канал, названный в честь мэра Москвы Лужков мост. Свёкор недавно рассказывал о планах московского правительства в будущем установить здесь металлические деревья для того, чтобы на них молодожёны могли вешать замки на счастье. Ты же знаешь, замок – это символ вечной любви и верности? – и, не дождавшись ответа, продолжала. – Обычай вешать замок на мост стал популярным после выхода книги итальянского писателя Федерико Моччиа «Три метра над уровнем неба». Уверена, ты не читал этот любовный роман. Ты всегда посмеивался надо мной, когда видел книгу о любви у меня в руках… Но не буду отвлекаться… Так вот герои Федерико Моччиа дают клятву верности и вешают замок на мосту через реку Тибр в Риме. После того как книга стала бестселлером, тысячи молодожёнов кинулись вешать замки на мостах по всему миру. Теперь этот обычай – головная боль городских властей, и в Москве решили выделить специальное место для «свадебных замков». Вот Лужков мост вскоре станет тем самым «Мостом Любви», – Алина закончила монолог и замолчала, не зная, что еще добавить, и как заполнить тишину, возникшую сразу после её речи.
– А твой замок на каком мосту висит? – вдруг вырвался у Кирилла вопрос, и он сразу пожалел о сказанных словах.
– У нас с мужем не было замка, и традиционной свадьбы тоже не было. Мы в спешке расписались, потом был небольшой банкет в ресторане с самыми близкими родственниками и друзьями. Вот и вся свадьба.
– Да, как же, помню 1 сентября 1995 года.
– Кирилл, пожалуйста, не надо, – взмолилась Алина, она готова была расплакаться.
– Хорошо, как скажешь, – ответил Кирилл, хотя внутри у него все клокотало от злости на Алину, на её мужа и на себя за то, что не может забыть боль, причинённую ему шесть лет назад.
Дальше они шли молча, никто не хотел разговаривать, боясь затронуть самые тонкие нити души, порвать невидимые связи, существующие до сих пор между ними. Дойдя до небольшого сквера, Алина села на одну из скамеек, а Кирилл пристроился рядом. Сквер утопал в весенних цветах. В глазах пестрело от тюльпанов всевозможных расцветок.
– Это сквер на Болотной площади. Я раньше здесь гуляла с коляской, когда Коля был совсем маленький. Пока он спал, читала книги.
– Поговорим о книгах? Давай продолжим нашу светскую беседу, – Кирилл не скрывал иронии. – О своей личной жизни ты всё равно не хочешь рассказывать.
– Почему нет? – губы Алины изогнулись в одной из её фирменных полуулыбок-полунасмешек. – Что ты сейчас читаешь, Кирилл?
– «Коронация» Бориса Акунина.
– Хороший роман. Лучший у Акунина.
– Даже не сомневался, что ты с «Коронацией» уже покончила. Ты всё и всегда делаешь быстрее меня… А что за книгу ты читаешь сейчас?
– «Анна Каренина».
– Не читал, но содержание вкратце знаю. Роман о женщине, бросившей мужа ради любовника. Она не могла смириться с тем, что не видится с сыном, из-за этого решилась на самоубийство и легла под поезд.
– Почти так, но не совсем, – ответила Алина, лицо её было непроницаемым, как будто она думала о чём-то недоступном Кириллу. – Тебе не понять Анну Каренину, потому что ты – мужчина.
– Вообще-то, Анну Каренину написал Лев Толстой, а он тоже мужчина, как не крути, и смог написать роман о женщине, наставившей мужу рога, а муженёк, дурак, ещё уговаривал её одуматься, готов был простить.
– Что-то у нас не вяжется разговор о литературе, – казалось, Алина готова была разговаривать обо всём на свете, только не о личном. – Даже о книгах мы не можем говорить без споров. Может быть, об истории получится. Представь, что я твой экскурсовод.
– Попробую, – обречённо вздохнул Кирилл.
– Ты сам просил показать тебе столицу. Вот слушай теперь… Здесь недалеко есть так называемый «Дом на набережной». Слышал о таком?
– Да, что-то припоминаю.
– В «Доме на набережной» или, как его раньше называли, «Доме правительства» когда-то жили Светлана Аллилуева, Василий Сталин, Лаврентий Берия, Никита Хрущёв, перечислять можно бесконечно. А во времена правления Сталина было репрессировано около 700 жильцов дома.
– Да, не хотел бы я там жить. Даже жутко становится.
– Сейчас нет репрессий, а чтобы снять квартиру в знаменитом «Доме на набережной» нужно заплатить кругленькую сумму. Далеко не каждый может позволить себе там жить. Сейчас в этом доме находится казино и мой любимый кинотеатр «Ударник». Когда Коля только родился, мне иногда казалось, что я сойду с ума, сидя в четырёх стенах. Особенно моё странное состояние обострялось зимой в морозы, и чтобы хоть как-то отвлечься, я оставляла сына с няней и шла в кино, обычно на утренний сеанс. «Ударник» находится достаточно далеко от метро, поэтому в зале всегда мало народа, а утром вообще пусто.
– Алина, давай сейчас в кино сходим? – встрепенулся Кирилл, его глаза вдруг загорелись, он вспомнил детство, как они вместе во время каникул частенько ходили в кинотеатр «Искра», а после гуляли в берёзовой роще, которая находилась через дорогу от кинотеатра.
– Сейчас? – Алина растерялась.
– А почему нет? Ты куда-то спешишь?
