– Я хорошо помню тот день, – сказал Кирилл. – Когда ты после дня рождения Олеси боялась идти домой, знала, что тебя накажут родители, и прибежала ко мне. Потом мы вместе с матерью пошли тебя провожать. Мама долго разговаривала с Тамарой Николаевной, убеждая не ругать тебя за побег из деревни.
– Да, так всё и было. Только когда вы ушли, мать мне такую взбучку устроила, что вспоминать не хочется! Хотя сейчас я её понимаю. Со мной непросто было.
– С тобой и сейчас непросто, – тихо сказал Кирилл, но Алина услышала его слова.
– Мне нужно отойти на минутку, – и она, не глядя на Кирилла, вышла из радио-бара.
– Что Завадская здесь делает? – недовольно процедил сквозь зубы Саня, когда Алина скрылась из вида.
– Разве я не могу лучшую подругу на день рождения пригласить?! Она не хотела приезжать, говорила, что устала после работы и долгой дороги из Москвы, но я её уговорила.
– Зачем?!
– Ты за Кирилла переживаешь?! У Кирилла есть своя голова на плечах. Он без тебя разберётся, как жить…
– Вообще-то, я здесь, – Кирилл перебил Олесю. – Вы так обсуждаете меня и Алину, что я лучше тоже пойду.
– Киря, ты куда? – Саня пытался остановить друга.
– Я скоро вернусь, просто закажу себе что-нибудь покрепче.
Кирилл подошёл к барной стойке.
– Текилу, пожалуйста! – сказал он бармену и присел рядом со стойкой.
Кирилл выпил текилу и заказал ещё одну. Пока ждал бармена, постоянно оглядывался на стеклянную стену радио-бара. За стеной просматривались все этажи клуба «Премьер». Радио-бар жил своей жизнью, своей атмосферой и музыкой, а за стеклом играли другие диджеи совершенно противоположные ритмы. В голове Кирилла начало шуметь от текилы вперемешку с шампанским, от оглушающей, бьющей по ушам музыке, от сигаретного дыма и волнения, которое он испытывал, глядя на дверь бара. Посетителей клуба становилось больше с каждой минутой. Уже не было ни одного свободного места за столиками. Народ толпился возле бара, заказывая экзотические коктейли, многие танцевали, кто-то просто общался, перекрикивая музыку. Наконец, та, кого ждал Кирилл, появилась за стеклянной дверью, и уровень адреналина в крови повысился в разы.
Про себя Кирилл отметил, фигура Алины с рождением ребенка нисколько не изменилась. Те же длинные стройные ножки в блестящих босоножках с острыми каблучками видны из-под короткого шёлкового платья, талия тонкая, как и в семнадцать лет, а глубокое декольте подчеркивало идеальную форму груди. Алина шла к столику, где остались только Олеся с Саней, но дорогу ей преградил высокий парень с татуировкой на предплечье и попытался обнять. Кирилл вскочил с места и направился к Алине.
– Девушка со мной, – грубо сказал он нетрезвому молодому человеку, взял Алину за руку и повел к барной стойке.
– Ты сегодня пользуешься невероятным успехом у мужчин, – сказал Кирилл, пытаясь улыбнуться, хотя внутри клокотала ревность.
– Ты тоже пользуешься успехом у женщин. Впрочем, как всегда, – ответила Алина, садясь на барный стул и закидывая ногу на ногу. – Видел, как на тебя Света смотрела? Почему ты с ней не пошёл танцевать?
– Потому что с ней не хотел… Заказать тебе что-нибудь выпить?
– Да, я не отказалась бы от мохито.
– Один мохито и одну текилу, пожалуйста! – крикнул Кирилл бармену.
– Почему без жены пришёл? Я слышала, что ты вернулся к ней, – еле слышно спросила Алина и опустила глаза.
– Она не захотела пойти со мной. Марина не любит ночные клубы… А твой муж как относится к тому, что ты без него тусуешься по ночам в клубах?
– Я в ночном клубе первый раз за шесть лет, и он не знает об этом.
– А если узнает, что тогда будет? Ещё один синяк под глазом?
Алина молчала. Она отвернулась от Кирилла и молча пила мохито.
– Извини, я не должен так говорить. Но пойми меня. Я за тебя волнуюсь! – Кирилл придвинулся ближе к Алине и положил руку на её ладонь.
– Кирилл, давай не будем сегодня говорить о моём муже. Может быть, мы с тобой больше не увидимся. Представь, что это последняя ночь, когда мы вместе. Давай наслаждаться моментом. Почему бы нам не забыть все обиды и ссоры? Может быть, такого больше не повторится, – Алина смотрела на Кирилла влажными сверкающими глазами, а её грудь вздымалась от частого прерывистого дыхания.
– Я рад, что ты здесь сегодня. Не хочешь потанцевать?
– Давай. Только сначала выйдем из радио-бара, а то Саня сверлит меня глазами. Я спиной чувствую, как он меня ненавидит. Наверно, боится, что я собью тебя с пути истинного.
– Я был бы не против сбиться с пути, только ты сама не хочешь.
