Алина закончила говорить. Вместе со словами у нее закончились слёзы, глаза были сухие и пустые, будто жизнь покинула их. Не было больше золотых искорок, только чёрный, непроглядный мрак. Олеся обнимала подругу и успокаивала, как маленькое, неразумное дитя.
– Ты всё правильно делаешь и непременно полюбишь малыша больше всех на свете, когда он родится. Ни одного мужчину ты не сможешь полюбить так сильно, как собственного ребёнка.
Кирилл
Вечером 1 сентября Кирилл вернулся домой. Едва он открыл дверь, мать, чуть не плача от радости, бросилась ему на шею.
– Мама, почему ты плачешь? Я вернулся с работы, а не из тюрьмы, – шутил Кирилл и пытался вырваться из материнских объятий.
– Кирюша, я так соскучилась, – причитала, глотая слезы, Татьяна Ивановна. – Ты, по-моему, ещё выше стал! А какой лохматый и не бритый! Почему не звонил? Мы только от дяди Коли о тебе узнавали, что жив, здоров.
– Мамуль, откуда мне звонить? Телефон был только у директора пансионата, а простым рабочим не разрешалось им пользоваться, тем более по межгороду разговаривать. И что могло со мной случиться? Я всего на полтора месяца уехал, не на год и не на два.
– Ты не обращай на меня внимания. Я от радости, сама не знаю, что говорю.
Татьяна Ивановна вытерла фартуком навернувшуюся слезу. Для неё было большим испытанием расставание с единственным сыном даже на полтора месяца.
– Мам, я торт купил к чаю твой любимый – «Киевский»… Вот ещё держи. Это подарки тебе, отцу и бабе Вале.
Кирилл протянул матери пакет. Оттуда Татьяна Ивановна достала коричневую кожаную сумочку со множеством карманов.
– Ой! Кирюша, какая прелесть! Я такую сумку и хотела! Она же очень дорогая! Зачем ты столько денег потратил?! Не надо было!
– Мамуль, я деньги заработал, а не украл. И для тебя с отцом мне их не жалко. Вы и так на меня семнадцать лет работали, теперь мне пора для вас хоть что-нибудь сделать. Тем более подарки я покупал на Черкизоне, поэтому не переживай, не дорого.
– Здесь ещё какой-то сверток!
– Это джинсовка для отца. А то его старая совсем протерлась… Мам, а где он? На работе?
– Да, Кирюша, у отца сегодня ночная смена… Какой же ты у нас! – Татьяна Ивановна никак не могла остановить слёзы радости, так её растрогали подарки и внимание сына. – И духи ещё! Dior! Кирилл, ты с ума сошёл! Наверно, на подарки всю зарплату потратил! – воскликнула она, доставая золотую коробочку с самого дна пакета.
– Не всю, – засмеялся Кирилл, он был очень возбужден. – Это для Алины. Она такие духи хотела.
Кирилл вспомнил, как в одну из последних встреч Алина листала новый номер «Cosmopolitan» и терла пальчиками ароматизированную страницу, вдыхала аромат духов, исходящий от журнала и жаловалась на то, что не скоро сможет себе такие позволить. Как он соскучился по Алине! Кириллу стало невыносимо находиться дома, он уже хотел бежать на встречу с любимой, пока время не позднее, но взгляд матери остановил его. Татьяна Ивановна крутила в руках коробку «Dolce Vita Dior» и смотрела на сына взглядом, полным сожаления.
– Мама, что случилось?
– Кирюша, не стоило ей что-то покупать.
– Почему? Я ведь не только Алине, но и тебе, и отцу подарки купил, и даже про бабу Валю не забыл. Смотри, какой для неё платок нашёл на рынке. Думаю, ей понравится.
– Конечно, бабе Вале понравится. Она обрадуется, что у неё такой заботливый внук. А вот к Алине тебе ходить не нужно. Она не заслуживает ни твоих подарков, ни твоего внимания.
– Почему ты к ней так стала относиться? Я ничего не понимаю!
– Кирилл, я сейчас кое-что расскажу про Алину, но тебе это не понравится. Ты главное помни, что весь свет не сошёлся на ней одной. Таких, как она, надо за три километра обходить стороной!
– Мам, выкладывай, что случилось.
– Кирюша, Алина замуж выходит, – у Татьяны Ивановны задрожали губы, она хотела броситься на шею к сыну, но он отстранил её.
– Понятно, – только и смог сказать Кирилл.
Почему-то стало трудно дышать, и он опёрся рукой о стену, чтобы не упасть.
– И когда свадьба? – внезапно охрипшим голосом спросил Кирилл.
– Сегодня, – Татьяна Ивановна не прекращала всхлипывать.
– Сегодня, – повторил за матерью Кирилл, хотя даже не понял смысл сказанного.
