– You speak Russian, – неожиданно сказал мужчина и из-за его улыбки Неллочка даже не поняла, утверждение это или вопрос. Она улыбнулась в ответ и тем самым выдала себя.
– Мне почему-то так показалось, – сказал мужчина и тут же стал оправдываться, – тяжело с языком, когда не часто практикуешься.
Неллочка поняла, что он не иммигрант.
– Поначалу всем тяжело, я по себе знаю, – ответила Неллочка и мужчина понял, что она-то как раз иммигрантка.
– В самолете статью интересную прочитал, – продолжал мужчина. Было видно, что он соскучился по русскому языку, и на этот раз Неллочка действительно стала слушать внимательно про какой-то необыкновенный, самый точный способ приготовления эспрессо, о котором мужчина узнал из журнала для авиапассажиров и с которым решил поэкспериментировать, не рассчитав своего словарного запаса и не предвидев шока баристы.
За разговором они незаметно для самих себя направились к Неллочкиному традиционному столику в левом углу у стены. В первый раз Неллочка сидела за столиком и радовалась, что Капка так сильно опаздывала и что она не одна…
Они проговорили два часа: про эспрессо, жизнь в Америке, наших иммигрантов, английский язык, трудности перевода, его конференцию, на которую он приехал в местный университет и казалось, что запаса тем и кофеина в Неллочкином макиато хватит для обоих на целую жизнь.
Неожиданно мужчина взглянул на часы. «Всё неожиданно хорошее заканчивается ещё неожиданнее, чем начинается», – грустно подытожила про себя Неллочка, прежде чем мужчина стал сбивчиво объяснять, что ему надо в университет на семинар, который закончится к обеду.
– А к обеду мне на работу, – подумала Неллочка.
– Вы работаете? – спросил мужчина.
– Сегодня нет, – уверенно сказала Неллочка, – у меня тоже до обеда дела, но потом… К часу я приду сюда опять… приходите и Вы, после семинара.
Мужчина с улыбкой кивнул и ушёл.
Это было что-то невообразимое – Неллочка взяла инициативу в свои руки! Она сидела за столиком, как оглушенная, и не могла понять, что с ней происходит. Первой мыслью было взять и уехать подальше от этой кофейни, может, даже вернуться домой, лечь на кожаный диван и разобраться в чувствах. Однако вторая мысль – позвонить на работу – оказалась сильнее первой.
– I’m so sorry! – закудахтала на том конце по-английски секретарша, – надеюсь, что скоро тебе станет лучше. Главное, пей побольше воды!
– Обязательно! – пообещала Неллочка, потому что в Америке большое количество потребляемой жидкости всегда являлось залогом хорошего самочувствия, а про себя добавила: «Или побольше валерьянки!» – потому что от волнения, от непривычки врать и от кофеина сердце Неллочки уже выбивало такую чечётку, которой бы позавидовал сам Фред Астер вместе со своей рыжеволосой Джинджер.
– Если надо два дня, то no problem, делай как тебе лучше, – квохтала секретарша, хотя Неллочка прекрасно знала, что за эти дни ей просто не заплатят, потому что прошлой весной она уже использовала пять смешных больничных дней, положенных в год для сотрудников в её компании, а работу придётся сделать всё равно всю, только в жуткой спешке.
Не успела Неллочка оторваться от телефона, как песчаной бурей налетела Капка и, жестикулируя, и тут же стала забивать глаза и уши своими рассказами по заловку и свекровь. Без приветствий и извинений за чудовищное опоздание Капка начала торопливо рассказывать, как свекровь подвернула ногу, а носиться с ней, как всегда, Капке, потому что «остальные у нас умные, в университете работают и от Драйзера своего оторваться не могут!» «И кто тебя только сюда позвал?!» – в тоске подумала Неллочка, как тут же вспомнила, что это была она сама.
– Вот ты веришь в любовь с первого взгляда? – вдруг скаканула в разговоре Капка. Неллочка вздрогнула. Неужели Капка что-то видела? Может, она появилась в кофейне раньше, чем ушёл этот мужчина? Почему тогда ничего не спросила? Откуда эта деликатность?
– … я просто влюбилась в этот джемпер, – продолжала тараторить Капка, – за такую цену и кашемир сто процентов, плюс никакая не Чайна, а, наоборот, Франс!
– Я верю в любовь с первого слова, – рассеянно сказал Неллочка, что заставило Капку удивленно замолчать на три секунды, а с четверой секунды её уже опять понесло про кашемировый джемпер, из-за которого, если она его купит, ей будут опять завидовать заловка и свекровь, а сами скажут, что это не её цвет, и чтобы не доставлять им такого удовольствия, она просто ничего покупать не будет.
«Кап-ка, и-ди к све-кро-ви», – мысленно транслировала Капке Неллочка, и её мысль вдруг попала на нужную волну.
– Ладно побегу я, мне правда надо, – чудесным образом засобиралась Капка, – жалко, что не поговорили. Ты уж макиато свой и за меня выпей!
