Хейли повернула голову, но ничего не увидела, кроме какого-то серого фона перед глазами. Только сейчас она поняла, что до этого пребывала в почти абсолютной абстракции. Заставив внутренний объектив, как у камеры, настроить фокус, девушка поняла, что смотрит куда-то в живот нарушителю спокойствия. Она подняла взгляд и узнала в этом копе старого доброго Гордона.
— Какие люди! Со сцены и сразу ко сброду? Достойно уважения, — пытается съязвить Маккарти.
— Странно, обычно люди в такой ситуации радуются, — относительно доброжелательно отвечает детектив, шумно возясь с массивным замком на решётке.
Это что, особенность такая, попадать ключом в скважину минимум с третьего раза?
Мужчины в грязных одеждах встрепенулись.
— Нет, нет, нет, дамы вперёд! — заметив это, запротестовала Хейли. Всё-таки путешествие по коридору — какая-никакая, а смена обстановки.
Она вскочила с места и спокойно дала надеть на себя наручники. Перешагнув небольшой порог, Хейли почувствовала, как все мышцы в теле лёгкой болью отреагировали на то, что их привели в действие, и с хрустом размяла шею. Девушка с грустью взглянула в сторону такого близкого выхода, но тут же отбросила все мысли о том, чтобы попытаться ещё больше к нему приблизиться.
Гордон лично вёл её в допросную, но не как это обычно делали смотрители Аркхэма, подгоняя сзади, будто какую-нибудь кобылу, а просто надеялся на то, что она не попытается убежать и силу применять не придётся. Может, по доброте душевной, а может Лесли замолвила за неё словечко. Хейли была благодарна за это и спокойно шагала вглубь участка. Проходящие мимо копы немного странно смотрели на неё и док первым делом подумала, что это из-за того, что одета она как полицейский, но спустя несколько секунд поняла, что каждому из них корчит безумную рожицу, широко раскрывая глаза и высовывая язык.
Через какое-то время извилистой дороги, преодолев множество пустынных коридоров, Маккарти оказалась в комнате с решеткой на одном небольшом окне. Она оказалась уютнее, чем ожидалось ранее: стены мягкого коричневого цвета, в центре железный стол, с двух сторон от него два деревянных стула.
Гордон любезно усадил её на один из них, а сам сел напротив. Он привычным образом сделал серьезное, немного грозное лицо, сложил руки в замок и начал уверенным голосом:
— Итак, мисс Маккарти…
— Хейли, — поспешила перебить девушка, — Просто Хейли.
— Хейли… Хорошо, — немного озадаченно повторил детектив, но тут же нахмурился, — Кто тебя похитил?
— Ох, не в бровь, а в глаз, — док откинулась на спинку стула с видом, полностью выражающим её восхищение.
— Зачем ходить вокруг да около? — уже более по-человечески поинтересовался Гордон.
— Верно. Но обычно вы, копы, настолько тупые, что совершенно нормальные вещи с вами становятся непривычными, — Хейли твёрдо решила приводить в действие план В: «Вести себя, как подросток-бунтарь, стремящийся оскорбить всё и вся своим псевдо остроумием». Конечно, название у него было не таким, а внушающим, будто этот план эффективен.
— А ты оказалась более банальным преступником, чем я ожидал. Начала беседу с оскорблений, — грустно улыбнулся Джеймс, окончательно сбросив с себя маску грозного стража закона.
— Вы зовете себя копом, а я признаю, что являюсь всего лишь жертвой обстоятельств, — пожала плечами Хейли.
Гордон на это лишь задумался, а потом едва заметно кивнул, соглашаясь с мнением девушки.
А та одобрительно улыбается. Ещё немного, и она будет считать, что этот человек, именно человек, а не типичный коп (Хейли сильно разграничивает эти понятия) вполне достоин её дорогой Лесли.
Лесли…
— И всё-таки, кто тебя похитил? — вернулся к главному вопросу Гордон.
— Ну как же так? — наигранно погрустнела док, — Давайте продолжим беседу, детектив, и вы мне расскажете немного о себе. Какие у вас намерения на доктора Томпкинс?
Глаза копа медленно широко распахнулись.
«Что? Могут же родственники невесты допрашивать жениха, а чем я хуже?» — всерьёз думает Хейли.
— Ну детектив, я давно знакома с Ли, она поставила меня на ноги в Аркхеме, она мне как родная, и я очень хочу, чтобы вы не стали её ошибкой молодости, — на полном серьёзе объяснила девушка.
— Может, поговорим об Аркхеме? — предложил Джеймс. Ему явно стало неловко. Всё-таки к Ли он питает действительно сильные нежные чувства.
— Только после того, как вы скажете, насколько любите доктора Томпкинс, — Хейли была непреклонна.
Она слышала, что иногда, играя в «доброго копа», этот самый полицейский может недолгое время потакать преступнику, начать играть в его игры. Эта ситуация определённо такая. И грех ей не воспользоваться.
Гордон довольно долго молчал, опустив глаза в пол.
А губы дока расплылись в широчайшей счастливой улыбке. При мысли о возлюбленной детектив тоже не смог оставаться совершенно серьёзным. Он едва заметно хмыкнул, но Хейли этого хватило.
