К химикам я заходить не собирался, но они сами меня нашли. Говорили много, но запомнил только одно, они отработали технологию изготовления светочувствительного вещества на основе серебра и брома. Поинтересовался, как получили? Оказывается из Соликамска в России, поступил соляной рассол. По инструкции от Дмитрия залили раствор в бульбулятор и пропустили через него хлор. Перемешали полученную жидкость с эфиром, дали отстоятся, слили эфирный раствор и отогнали эфир. Получили темно-красную жидкость, под названием Бром. Ядовитая гадость и запах мерзкий. Бромид серебра получили из нитрата серебра и бромида натрия. Добавили желатин и светочувствительное вещество готово.
Теперь они хотели получить фотоаппарат. Но цех оптики отказывался от выполнения таких работ. Пришлось пообещать. Заперся на яхте и до поздней ночи, срисовывал с компьютера образцы самых первых фотографических камер. Вспомнил о целлулоиде. Для его изготовления у нас всё есть – нитроцеллюлоза и камфара. Записал рецепт, заодно содрал рецепты баллистита, кордита и белого пороха. Пора от пироксилина переходить к более современным вариантам пороха. Уснул на яхте. Утром отдал исписанные листки химикам, пусть химичат. А они уже не удивляются нашим «просветлениям», привыкли. Схватили листки и убежали, даже не попрощавшись. Всё, теперь, в ближайшее время их из лаборатории не выманишь, разве только на полигон.
Накидал на бумаге краткий план работ по городу и селу, отдал Диколу. Пусть работает.
Наконец добрался до учебного военного лагеря, который находился за той бухтой, в которую мы попали при перемещении во времени. Скоро придётся её переоборудовать. Весь наш флот не умещается в гавани возле города, а до бухты всего 3 километра. Учебный лагерь впечатлял. Лагерь занимал всё северное побережье бухты, а возле него на рейде стояло два учебных судна. По моим прикидкам, там сейчас проходило обучение около 600 человек. Судя по ружейным и пушечным выстрелам, обучение шло полным ходом. Я не стал напрягать своим долгим присутствием Арлена с его заместителями и после обеда отбыл в крепость, откуда на дилижансе отправился в Нефтеград.
*****
В нашем закрытом городе с удовольствием провел четыре месяца. Изредка навещал Беловодье, но больше по необходимости, чем из желания. Меня всегда привлекала работа с металлом. Мартеновская печь, прокатный стан, цех механической обработки металлов, вот где я пропадал всё время. Иногда выезжали на полигон, где отстреливали очередные образцы орудий и винтовок. Наконец мы получили надёжные стальные стволы для пушек и ружей. Со дня на день начнём выпуск орудий, калибром в 50 и 100 миллиметров. Для ручного оружия выбор калибров богаче, но решили пока остановиться на 7 и 9 миллиметрах. Сейчас наши токари колдуют над револьвером конструкции Нагана 1886 года. Первые образцы уже есть. Почему револьвер? Он проще, а главное гильзы не выбрасывает. Изготовление гильз не механизировано и трудоёмко. Поэтому гильзы после стрельб подбираются и используются не однократно.
С того дня когда, ребята дружно уехали, оставив на меня всё хозяйство Беловодья, я сказал – Шиш Вам! Не собираюсь завязнуть в бытовом вопросе. Набрал дополнительную команду, из людей Дикола и поделил между ними все заботы о хозяйстве и другим текущим работам. Из принципа не вмешивался в их дела, только принимал отчёты и давал корректирующие указания. Вот и сегодня 22 ноября, я сидел в кресле, а передо мной лежала третья редакция списка по комплектации солдатского рюкзака. Медленно прихлёбывая из кружки, какао с молоком, которое я предпочитал пить вместо кофе, просматривал документ, в котором значилось:
Рюкзак – 1 штука.
Котелок медный эргономической формы – 1 штука.
Фляжка медная, серебрённая изнутри – 1штука.
Матрас надувной 50 на 120 сантиметров, – 1 штука.
Зажигалка – 1 штука.
Ракеты сигнальные – 5 штук.
Сухой паёк – на 2 суток.
Аптечка – 1 штука.
