– Не бойся, моя девочка…Я аккуратно…Моя Мадина…– хрипло шепчет Лев, а для меня то, как этот невероятный мужчина произносит мое имя, заставляет сердце биться в ускоренном ритме. Я знала, что всецело принадлежу этому мужчине, но мне отчаянно хотелось, чтобы он называл меня своей снова и снова. И именно в этот момент я отчетливо поняла, что хочу ему отдаться не только душой, но и телом.
И я отпускаю его руку и сама тянусь к его губам, целуя, как умею, стараясь дать понять, что согласна принадлежать Льву. Навсегда.
Лев накрывает мою грудь через ткань футболки, продолжая целовать. То ли вздох, то ли стон срывается с моих губ, я сжимаю ноги, стараясь унять возбуждение.
Я смущаюсь от порочности ласк Льва, от того, что он касается там, где не касался еще ни один мужчина. Я чувствую, как румянец заливает мои щеки.
– Ты очень напряженная, – тихо произносит Лев, отстранившись на мгновение. – Закрой глаза, выкинь все мысли из головы. Перестань стесняться. Здесь есть только ты и я, и все в порядке вещей ровно до тех пор, пока это устраивает обоих. Просто сосредоточься на ощущениях, позволь мне доставить нам обоим удовольствие.
И я поступаю ровно так, как велит Лев, всецело доверившись ему в этом вопросе. Прикрываю веки и чувствую, как он, лаская, освобождает меня от одежды. Выгибаюсь в его умелых руках, когда он ласкает мою грудь, живот и спускается ниже. Не могу сдержать стона, когда он проводит в бесстыдной ласке в самом сокровенном месте. Я сгораю от стыда и смущения, стараясь свести ноги вместе, но Лев не позволяет мне этого сделать, аккуратно разведя их в стороны еще шире:
– Нет, Мадина, ты опять много думаешь. Расслабься, я не причиню тебе вреда.
И я снова подчиняюсь любимому мужчине. Он продолжает сильнее ласкать меня между ног, покрывая мое тело поцелуями и шепча ласковые слова, но я не могла уловить их смысл, потому что в этот момент мне казалось, что я схожу с ума от наслаждения. Лев надавливает на какую-то волшебную точку, и мой мир разлетается на миллионы разноцветных осколков, подарив мне первый в моей жизни оргазм.
Я все еще не могу прийти в себя от пережитого удовольствия, но чувствую, как Лев накрывает мое тело собой, оперевшись на локти по обе стороны, нежно целует меня в губы, и в следующее мгновение низ живота простреливает боль. Я вскрикиваю, а из глаз непроизвольно катятся слезы.
– Тише, родная, все хорошо, расслабься, тогда боль быстрее пройдет, – говорит Лев, губами стирая мои слезинки. – Прости меня.
– За что? – удивленно спрашиваю я. И, распахнув глаза, попадаю в плен глаз Льва и вижу в них теплоту, нежность и любовь. Возможно, я сама себе придумала это, под воздействием всплеска гормонов, но в этот миг мне хотелось верить в придуманную сказку.
– За то, что сделал больно.
– Ты не виноват. Когда-нибудь это все равно бы произошло. Ты же сам говорил: все, что ты делаешь – для нас, чтобы нам обоим было хорошо. Я доверяю тебе. И, кстати, боль уже прошла.
И это было действительно так: боль отступила, оставив после себя непривычное ощущение наполненности. Но оно было таким правильным и таким желанным.
– Моя девочка… такая отзывчивая, чувствительная, – произносит Лев, начиная свои неспешные движения, от которых я снова в удовольствии закатываю глаза, не в силах сдержать стоны.
Любовь к этому мужчине растекается по венам с каждым ударом сердца. Я твердо знаю: что бы ни случилось в моей жизни потом, я пронесу эту любовь до самой смерти.
И только сейчас полностью отпускаю себя, позволяя расслабиться и с головой окунуться в удовольствие. Я обнимаю Льва ногами, сама тянусь к его губам за поцелуем. Чувствую, что он на грани и сдерживается ради меня. А я хочу, чтобы и он получил такое же удовольствие, что и я несколько мгновений назад. Ловлю ритм и сама подаюсь навстречу, и этого оказывается достаточно – Лев ускоряется, теряя контроль над собой. Я снова чувствую накатывающее удовольствие, которое волнами распространяется по моему телу, и второй оргазм накрывает меня с головой. И только после этого Лев напрягается всем телом, замирает и, издав хриплый стон, кончает. И мои губы сами собой расползаются в довольной улыбке.
– Моя девочка, моя Мадина…Любимая…– у меня не хватает сил спросить, что значат его слова, достаточно того, что после близости он их произнес. Даже если завтра дурман рассеется, и в действительности все будет по-другому, я всегда буду с особой теплотой вспоминать это мгновение.
Мы лежим, не в силах разомкнуть объятия и пойти в душ.
– Черт!! – вдруг восклицает Лев, резко сев на кровати. Очарование момента рассеивается, и я вновь смущаюсь, спеша прикрыться простыней.
– Что случилось? – осторожно интересуюсь.
– Я настолько потерял голову с тобой, малышка, что забыл о защите…
Малышка смотрит на меня своим «фирменным» взглядом, от которого я теряю разум. Вдобавок еще и покрывается густым румянцем, что у меня снова встает. Черт, Ворошинский! Нельзя же быть таким животным! Тем более, что девочка только что лишилась девственности, ей в любом случае ближайшие пару дней секс не светит. Как, впрочем, и мне.
