Отдельно надо отметить асимметрию киберпреступности в Японии. С одной стороны Япония занимает второе место по количеству случаев кибервымогательства. Также она занимает пятое место по уровню финансовых киберпреступлений. Однако такое положение связано не столько с высоким уровнем киберпреступности в Японии, сколько с тем, что согласно различным обследованиям, Япония является одной из трех лучших стран по уровню расследования и предупреждения киберпреступности.
Несколько азиатских стран специализируются на спаме, как виде киберпреступности. Несомненное первенство в этом плане держит Вьетнам, немного уступают ему Индия и Китай.
Филиппины, Индонезия, Таиланд, Вьетнам и Малайзия составляют крупнейший в мире регион по обналичиванию и использованию ворованных кредитных карт.
С точки зрения правоохранительной деятельности ЕС, примерно половина государств-членов ЕС определили, что киберпреступники, осуществившие незаконные акты, действовали из юрисдикций Нидерландов, России, Великобритании и Германии. Кроме того, треть стран сообщила о преступниках, действующих из таких юрисдикций, как Австрия, Бельгия, Болгария, Чехия, Франция, Венгрия, Италия, Латвия, Польша, Румыния, Испания и Украина.
Любопытно, что остров Палау в Микронезии занимает второе место в мире по использованию доменов, имеющих юрисдикцию Палау для организации фишинг-атак. Практически в 100 % случае эти фишинг-атаки происходят из Китая.
Киберпреступность становится все более агрессивной, изощренной и технически вооруженной. Эволюция киберпреступности происходит от одиночных, скрытых кибератак высококвалифицированных хакеров-одиночек к конфронтационным немаскируемым действиям киберкриминальных транснациональных группировок. В последние годы произошел переход от одиночного и стихийного киберкриминала к мощным многонациональным и трансконтинентальным сетям и организациям. Многие из них имеют хорошо законспирированное скрытое ядро, располагающееся за пределами ЕС, мощные сети в странах атак и наемных хакеров-одиночек и нестационарных групп, использованных для разовых операций. В настоящее время происходит переход от традиционных киберпреступлений, связанных с кражей кредитных карт, а также вымогательств, сопряженных с блокировкой компьютеров и т. п. к таким сложным видам киберкриминала, как атаки на ключевые финансовые институты, кражи данных, использование интернета всего для убийств и т. п. Отдельно надо сказать о развивающемся во всем мире использовании интернета как среды педофильских преступлений и демонстрации жестокого обращения с детьми.
Важнейшей чертой 2015 г. стало объединение использования вредоносного софта с изощренными видами социального инжиниринга.
Правоохранительные органы в 2015 г. в странах-членах ЕС добились заметных успехов в борьбе с киберпреступностью. Справедливо утверждать, что эти успехи были бы невозможны без теснейшего взаимодействия правоохранительных органов стран ЕС между собой на двухсторонней, многосторонней основе и с участием Европола. Общеевропейское сотрудничество в рамках ЕС является главным фактором, благодаря которому уровень киберпреступности в странах ЕС в среднем ниже, чем в регионах со сравнимым уровнем развития ИКТ.
Важнейшим фактором борьбы с киберпреступностью в ЕС является внедрение единых стандартов и принципов оперативной работы в рамках цикла EMPACT. Вновь созданная объединенная целевая группа действий против киберпреступников (J-CAT) приняла участие в ряде крупнейших национальных и межнациональных операциях по борьбе с киберпреступностью и внесла значительный вклад в их успешное осуществление.
J-CAT является постоянно действующей оперативной группой киберофицеров из нескольких государств-членов ЕС и государств-партнеров, не являющихся членами ЕС. Она расположена в штаб-квартире Европола и действует в контакте с его персоналом. Будучи оснащенной наиболее продвинутыми программно-аппаратными средствами, J-CAT участвует в расследовании наиболее важных и сложных киберпреступлений на национальном и наднациональном уровнях. Ее деятельность служит впечатляющим примером эффективного и действенного глобального сотрудничества по борьбе с киберпреступностью.
