Алессио: Хладнокровный. Безжалостный. Убийца. Меня боится и почитает каждая живая душа. Я рождён не для того, чтобы познать, каково это любить и быть любимым, а для того, чтобы заставить грёбаный клан Абандонато заплатить за смерть моей матери, стерев с лица земли всех его членов до последнего. Когда я нашёл странную избитую девушку, спрятавшуюся под моей кроватью – то не почувствовал ни единого укола жалости по отношению к ней. Она – всего лишь очередная игрушка в моих руках. Айла: Я считала, что Алессио – очередной мужчина, в чьих планах использовать меня, сломать, а затем – выбросить. Не уверена, что теперь знаю, каково это доверять кому-то. За всей той болью у меня никак не получалось собрать своё сердце воедино – но Алессио смог. И рядом с ним оно вновь бьётся. Но узнай он, какую опасность я для него представляю... Мне не жить.Эта книга содержит мрачные - а иногда и жестокие - изображения мира организованной преступности, сексуальных посягательств и самоубийств, а некоторые события могут стать спусковым крючком для некоторых читателей.
Алессио
«У нас проблема», - сказал резкий голос по телефону. Это был мой заместитель.
«Я иду», - сказал я ему. Мне не понравился его тон. Я мог сказать, что случилось что-то действительно плохое. Его нервозность заставила меня нервничать. Виктор был сумасшедшим ублюдком, и если что-то его взбесило, то это было нечто серьёзное. Что-то, что мне действительно не понравится.
Я вышел из своего офиса и обнаружил, что несколько моих людей стоят в коридоре, в боевой готовности. Они уважительно склонили головы, когда я прошел мимо.
Когда я вошел в темный коридор, ведущий к звуконепроницаемому подвалу, мое тело напряглось. Воздух вокруг меня был несвежим, и мои шаги были тяжелыми в тишине, когда я готовился к худшему.
Открыв дверь, я увидел Виктора, прислонившегося к стене, склонив голову в поражении. Мой приход даже не взволновал его, он был так погружен в свои мысли. Я прочистил горло, и он поднял глаза.
Выражение его лица передало ужас и отвращение. «Всё плохо», сказал Виктор, указывая на комнату. Я кивнул, затем вошел внутрь, идя впереди, пока Виктор шел позади меня.
Сделав шаг вперед, я обнаружил окровавленного мужчину, привязанного к стулу. В подвальном помещении никого не было, кроме стула посередине и стола позади. Четверо моих людей стояли вокруг него. Они были моими доверенными людьми.
Я не узнал пленника, но когда он посмотрел на меня, его глаза наполнились ужасом. Когда я подошел ближе, его и без того бледное лицо исказилось от боли. Он оттолкнулся от стула, когда я остановился перед ним.
«Что, черт возьми, происходит?» - мой голос прогремел по комнате. Я не сводил глаз с человека, но когда я увидел, что он вздрогнул, удовлетворение охватило мое тело. Ублюдку лучше не двигаться.
Виктор обошел меня, чтобы встать позади мужчины. Он схватил пленника за волосы и сильно дернул, пока его шея не откинулась болезненно назад. Мужчина закричал и дернулся.
Я поднял глаза от побитого пленника, чтобы встретиться с отвращением в глазах Виктора.
«Ублюдок нас предал. Я слышал, как он говорил с чертовыми итальянцами. Он работает на них, - прорычал Виктор.
Я посмотрел на мужчину, но его глаза были закрыты. Он отказывался смотреть на меня. Гнев, охвативший моё тело, был неописуемым. Он на хрен предал меня.
Никому, кто предал меня, не сошло это с рук. Я доверял всем своим людям. Они были моей семьей, но когда один из моих людей предавал меня, он платил окончательную цену. Смерть. Очень мучительная смерть.
Глубоко вздохнув и успокоив своё выражение лица, я отошел от привязанного человека.
«Принеси мне стул», - крикнул я. Я видел, как один из моих людей побежал назад, делая то, что я приказал.
«Вот, пожалуйста, босс», - сказал Феникс минуту спустя. Он поставил стул позади меня и медленно отошел.
Я сел и посмотрел прямо на ублюдка. Он открыл глаза и уставился прямо на меня. Моему терпению пришел конец. Наклонившись вперед, я зарычал ему в лицо. "Почему?"
Его тело дрожало от страха, но он отказался отвечать. Я поднял глаза и дал сигнал Виктору. Он отпустил человека и пошел к столу в задней части комнаты, только чтобы вернуться с ножом в руке.
Я почти злобно улыбнулся и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.
«Наслаждайся», - сказал я, кивая Виктору.
Когда он приступил к работе, крики мужчины заполнили комнату. Кровь забрызгала по всему полу, но я все время смотрел на него. Когда он начал терять сознание, я поднял руку. Виктор немедленно прекратил свои мучительные действия.Снова наклонившись вперед, я спросил: «Почему и кто?»
Я засмеялся, когда он посмотрел на меня. Виктор наклонился вперед и ударил его кулаком. «Прояви уважение.»
«Я спрошу в последний раз. Почему и кто? - угрожающе сказал я, взяв его лицо в руки. Мои пальцы сильно прижались к его щеке, пока кровь не посочилась из его ран.
Когда он так и не ответил, я отпустил его лицо и встал, отодвигая свой стул. Я не собирался пачкать руки в этот раз. Но мужчина, привязанный к стулу передо мной, заставил меня взяться за дело. Остальным моим людям нужно было увидеть, как я убиваю. Им нужно было увидеть последствия предательства.
Им нужно было увидеть худшее во мне. Каким жестоким я мог быть. Казалось, они забыли.
Все боялись меня, и никто, блядь, не предавал меня.
Подойдя к столу, я взял плоскогубцы. Когда я повернулся, все мужчины отступили на шаг. Виктор садистски улыбнулся и покачал головой. «Черт, да. Сейчас ты заговоришь."
Виктор прижал голову пленника к стулу. Я встал перед ним и грубо схватил его за подбородок, не заботясь, причинит ли это ему боль. Я открыл рот и прижал плоскогубцы к зубам.
Мужчина пытался закричать, но я не дал ему шанса. Мне потребовалось несколько часов, чтобы остаться довольным.
И когда я закончил, он больше не дышал.
Пусть это будет уроком.
Айла
Беги, беги, сказала я себе.
Сбежать было нелегко. Я планировала это годами, но так и не нашла в себе смелости сделать это.
