- Чё там было? – спросил Люк уже на ходу, и Яр кратко описал ему случившееся.
- Кинули нас, - сказал он, - пристрелить меня хотел Толиков приятель. Андрей ему мозги вышиб.
Люк долго молчал. За окнами мела метель. Дворники кое-как расчищали ветровое стекло. Андрей, оказавшийся в одной футболке, зябко обнимал себя руками.
Яр скользнул по нему небрежным взглядом и приказал:
- Ваня, печку включи.
Иван послушно выполнил приказ.
Снова наступила тишина. Андрей покосился на Яра. Безумно хотелось приникнуть к его плечу и закрыть глаза, но он знал, что нельзя.
- Почему погони нет? – спросил он, с трудом попадая зубом на зуб.
- Хороший вопрос, - только и сказал Яр.
Через два часа пересекли МКАД, и теперь уже Люк спросил:
- Чё теперь делать будем?
Яр не ответил. Андрей поймал взгляд Люка в зеркале заднего вида – тот, как и он, понял, что ответа у Яра попросту нет.
- Сейчас надо Толика вызвать, - сказал Яр вслух, - соберёмся побазарим. Не вовремя это как-то… Новый год.
***
В половине одиннадцатого все четверо уже сидели в квартире у Люка – домой Яр ехать не захотел, и утром оказалось, что он был прав – их с Андреем квартиру разгромили подчистую.
Настроение у всех было не праздничное. Яр то и дело поднимался, подходил к окну и смотрел, что творится во дворе.
- Две войны мы не вытянем, - заметил Толян. Яр отметил про себя, что его начинает раздражать эта привычка озвучивать дурные вести, понятные, в общем-то, всем.
- А нам не из чего выбирать, - ответил Люк.
- Надо кончать с Козыревым, и быстро. Тогда мы возьмём сразу два района.
Яр повернулся к нему. Он стоял, сведя брови к переносице и спрятав руки в карманы, и в эту секунду казался лет на десять старше, чем был на самом деле.
- Предложения есть? – спросил он.
- Вообще-то, да, - ответил Толян и закурил. Потом кивнул на Андрея и усмехнулся.
- Как это понимать?
- Куколка твоя Козыреву приглянулась. Мимо охраны пройдёт легко.
Яр сжал губы в плотную черту.
Андрей перевёл взгляд с него на Толика и обратно. Потом, нарушая негласное правило не лезть в дела Яра, установившееся уже давно, уточнил:
- Как это понимать?
- Понял ты всё, - ответил Толян.
Андрей снова посмотрел на Яра, выжидая реакции и, будто желая добить его, Толик пояснил:
- Надо его Козыреву подложить. А там ночью он его пришьёт, как Брюсова пришил.
- Он уже запалился, - сказал Яр почти спокойно, и только Андрей заметил звеневшее в его голосе напряжение. – Вся охрана Брюсова его знает, новости быстро летят.
- К Брюсову я пошлю людей, они всё подчистят.
- Ты это серьёзно? – перебил его Андрей, теперь внимательно смотревший на Толика. – Я тебе не шлюха, чтобы, как ты сказал, «подкладывать меня».
- Не шлюха? – губы Толика надломились в улыбке, и Андрей обнаружил, что его лицо стало тошнотворным, как никогда. - А кто? Только не говори, что твоя попка тебе так ценна, что мы все должны из-за неё помереть.
Андрей побледнел и сжал кулаки. Посмотрел на Яра, но взгляд его прочитать так и не смог.
- Моя, блять, попка, – процедил он, снова поворачиваясь к Толяну, - не твоего ума дело. Давно пора понять, что тебе с неё не обломится.
- У-ти, наша красотка разболталась. Яр, ты не много ему позволяешь?
- Оба заткнулись, - перебил Яр и его, и приготовившегося ответить Андрея. – Андрей прав, его задница – не твоего ума дело. Если я решу им поделиться, то об этом скажу я, а не ты. Дошло?
Толик зло сверкнул глазами и поднял в воздух раскрытые ладони, демонстрируя покорность.
- Достало. Я своё слово сказал, нет – умываю руки, - он встал и пошёл к выходу, но уже у двери остановился и посмотрел на Яра через плечо, - а на будущее знай, Зверь. Брюсов сорвался из-за этой твоей куколки. Он пидорасов не любит, как и я.
Андрей стиснул зубы. Не было даже обидно. Просто хотелось достать пистолет и выстрелить – так же, как тогда, на даче у Брюсова,
За Толиком закрылась дверь, а Яр перевёл взгляд на Люка.
- Другие идеи есть?
Люк задумчиво курил. Не доставая сигареты изо рта, он покачал головой.
- Я останусь до утра? – спросил Яр.
Люк кивнул.
Им выделили комнату, одну из трёх – квартира у Люка была новая, как и у них, и жил он теперь один. Стены были толстыми, а окна пуленепробиваемыми, так что с улицы не слышалось даже шума проезжающих машин, но спалось Андрею плохо всё равно.
Слова Толика никак не шли у него из головы. Он привык не обращать внимания на его трёп, но на сей раз в нём было подозрительно много смысла. Вот только решать должен был Яр. А Яр молчал. И Андрей не знал, что это значит и что он решил.
Всю ночь он лежал в тёплых руках, из-под опущенных ресниц наблюдая за Ярославом. Тот тоже не спал. Андрей никогда не ловил раньше Ярика на том, чтобы он наблюдал за ним.
